Жидовки

NeaTeam

Название в заголовке не имеет отношение к национальности. Под «жидом» или «жидовкой» (женского рода человек) я имею в виду особый психотип, который я подробно расписал во многих предыдущих статьях. Второй тип – это «нежид» (в женском роде «нежидовка»), его я тоже исследовал. Это можно почитать здесь.

Сделал однажды себе помету, что я вряд ли смогу точно и веско рассуждать о тайнах психики как жидовок, так и нежидовок, по той простой причине, что я – всё же мужик, и женские сердца, женские переживания, женские страсти в общем-то не знаю. Однако не всё так просто оказалось, когда я сильно углубился в эту проблему.

Между «жидом» (мужиком) и «жидовкой» (бабой) есть разница, которая полностью проистекает из вложенного природой-матушкой инстинкта продолжения рода с возможностью (это важно!!!) этот самый род ЗАЧАТЬ, ВЫНОСИТЬ и РОДИТЬ. Жид (поскольку мужик), будь он хоть какой жидяра жидярский, ЛИШЁН этого базового естества природы, а, следовательно, ущербен в той незначительной части, которая касается самоутверждения жида по жизни. Ну ущербны в этом плане все мужики, и только жиды к этому относятся очень ревниво: многие из них, из учёного люда особенно, хотели бы даже поломать это естество. Пока не получается. Но вот далее – как знать!

Вот эта самая разница выхолащивает яркое жидовское начало из женщин-жидовок по жизни, но не навсегда, а лишь на моменты, которые я уже указал (зачатие, вынашивание, роды). Дальше женщина-жидовка чувствует то, чему она дала жизнь, как свою СОБСТВЕННОСТЬ, со всеми правами на него и обязанностями проистекающими из этого (обязанностей жиды не боятся, а лишь приветствуют их, ведь это – ПОРЯДОК, а они его очень ценят, ну а права – просто любят душевненько так!).

Таким образом, в жизни женщины-жидовки обязательно присутствует элемент стихания бури и натиска её собственной души (причём сопротивляться этому безполезно) на тот недолгий срок беременности, во время которого она может превратиться из «львицы» в «ягнёнка» и полностью ЗАТУШИТЬ своё «Я» (в другие времена «Я» жидовки горит ярким пламенем, освещая всё вокруг).

После рождения ребёнка «Я» жидовки просыпается, но в новом, переиначенном естестве: жидовка дала жизнь ребёнку, который есть теперь ПРОДОЛЖЕНИЕ её «Я». И это БУКВАЛЬНО. По-другому жидовка своего ребёнка воспринять может, но лишь через колоссальные усилия собственного разума, которому она, если говорить честно, вовсе не доверяет (жиды к разуму относятся, как к инструменту своего «Я», а не как к чему-то супер-пупер, перед чем можно склоняться в пиетете – и в чём они не правы-то?).

Из такого вот жидовского чувства собственности, прикиньте, распространяемого на ЖИВОГО вообще-то человека, проистекают многия странности многих женских поведений, которые нерадивые анализом мужики-нежиды склонны относить, если и не к чертовщине, то к чему-то близкому. Мужики-жиды искренне опасаются своих жидовок, потому что знают их силу в таинствах, которая им недоступна.

Странность первая. Напомню, что речь идёт о жидовках. Жидовки, через свою способность дать жизнь, РАСШИРЯЮТ ареал существования своего «Я» до такой степени, что им его банально может быть даже многовато, и они от этого втайне страдают. Одно дело, когда у жида своё маленькое, прыщавенькое, мелкое «Я», умещающееся на ладошке, удобное, как патефон, и совершенно другое – когда «Я» очень объёмное, не уследишь, особенно за краями, особенно теми, кои представляют собой вообще других людей (детей), но которые тоже для жидовки есть продолжение своего «Я».

По жизни это очень естественным образом сплетается с КЛАНОВОСТЬЮ трайбалистского толка. Или с мафией. У каждого мафиозы есть мама. У многих семьи.

Этот психический элемент мало выявлен у наукян, и понятно почему, кстати: кто ж из них, в большинстве своём жидов, будет ТОЛКОВАТЬ о себе же самих правду-матку? Те же, кто пытается, тех сообщества научные гнобят. Хотя всё объясняется очень просто: цепкий жидовский корень прочно сидит в ЖЕНСКОМ обличье, а не в мужском. Оттуда он питает всё, что может. Оттуда. Жид-мужик такого сделать не может, а вот жидовка – запросто, ибо это её суть.

Странность вторая. Жидовки воспринимают окружающий мiр не так, как жиды. Т. е. не как средоточие миллионов отдельных «Я», каждый из которых предстаёт в обличье человеческом, отдельном. Жидовки воспринимают другие «Я» так же, как они сами воспринимают свои РАСШИРЕННЫЕ за счёт детей «Я», как более объёмные фигуры, многие из которых есть КЛАНЫ многочисленных «Я», сливающихся в глазах жидовки в одни целые. Отсюда вырастает кажущаяся ДИКОСТЬ и ЖЕСТОКОСТЬ иногда некоторых женщин. Безцельная и безсмысленная (даже с точки зрения жидов-мужиков).

А объясняется это всё тоже очень просто: это борьба «Я» жидовки (а мы теперь понимаем, что оно объёмнее простого человеческого «Я») с другими «Я», которые в её глазах так же объёмны – идут в детей, вырастают в кланы. Если «Я» срезать под корень, вот там и победа, вот так и правильно. Всех, в общем.

Странность третья. Когда объёмное (за счёт детей) «Я» жидовки ВНУТРИ себя клокочет (споры родителей с детьми), ну так жидовке кажется, конечно, то она более податлива по жизни (спорить сама с собой она, конечно, может, но ведь сама с собой же!). Не безкомпромиссна в борьбе, как иной жид, а именно что РАСТЕКАЕТСЯ.

Иногда до такой степени, что долго не может собраться. Со стороны это воспринимается (может восприниматься) как обыкновенная женская слабость. Но это вовсе не так, и считать-полагать так – есть великая ошибка: как жидов (мужиков), так и нежидов.

Когда «Я» жидовки, после всех пертурбаций с вышесказанным, наконец соберётся «вместе», то жидовка получает ВЕЛИКУЮ СИЛУ (которой и так у жидов и жидовок немеряно, поскольку черпают они её в борьбе).

Эта сила отличается от силы жидов-мужиков тем, что она всегда в потенции наличествует и НЕ требует для себя накопления эмоций (как у жида-мужика того же). Жидовка её органично для себя, гармонично для себя чует, хранит и не прилагает для сего никаких усилий.

Странность четвёртая. Распадение семей (отход детей), вообще разбитие на куски клановости и тому подобного, особенно в старом возрасте, для жидовки обозначает опрастывание её собственного «Я» до размеров страшно некомфортных для её состояния.

Жидовка просто физически ощущает, что её «Я», когда-то огромное, большое, сильное и т. д., становится мелким, ненужным и фактически она теряет смысл жизни.

Для жида-мужика такой проблемы нет, поскольку жид всегда единоличник, умный и циничный, он заранее знает, что в мiре сказок-то нет и не было никогда: каждый рождается и умирает В ОДИНОЧКУ.

Я назвал эти черты «странностями» лишь с позиции аналитика-нежида. На самом деле они менее странны, чем любые выпадения из любой нормальности, которой, собственно, и нет вовсе. Эти черты просто присущи жидовкам, они проявляются помимо их желания и воли. К тому же жидовки о них просто не знают.

Но самое интересное состоит в том, что, даже если жидовки и узнают, и прочувствуют разумом всю эту хрень – для них НИЧЕГО не изменится. Вообще. Жидовская натура непеременчива в этом плане.

У нежидовок (женщин-нежидов) есть свои странности, которые я изложу в следующей статье.

Добавить комментарий