Два подхода к аксиоматике, разветвления

Человечество, в лице разных исследователей и исследований, вплотную подошло к тому, чтобы, наконец, чётко признать, что всё есть одно. Т. е. всё, в конечном итоге, состоит из частиц… ну, скажем, света. Сами же частицы неопределимы ни одним существующим «научным» методом. Кроме вычислительного, абстрактного, базирующегося на «считывании» сопутствующей процессам информации. По аналогии, это напоминает ощупывание с разных сторон слона слепыми. Общий же взгляд, примиряющий «слепых», может быть лишь один: всё есть одно. Тогда самая главная аксиома находится.

Аксиома на то и аксиома, что принимается лишь по ВЕРЕ.

Если с этим вопросом ясно, то можно переходить на более низкий уровень, уже включающий в себя немалую толику так называемой «фактологии», то бишь толкований. Этот уровень рассматривает разницы, возникающие из всеединости: почему, зачем, для чего и т. д. Сама всеединость, напомню, принята за аксиому, а вот причины возникновения из единости разнообразия почему-то не очень ясны. Именно они являются предметами исследований теологии в основном, мистики, ну и подтягиваются иногда и «науки».

Религиозно-мистический ответ на эти вопросы основан тоже на ВЕРЕ, а не на знаниях «наук». «Науки» в этой области немного «отдыхают», потому что сами себя огранили несколькими аспектами, один из которых – ПРОВЕРЯЕМОСТЬ (результатов или выводов). А «почему, зачем, для чего» всеединость распалась на разнообразие – хрена с два проверишь. Можно строить лишь теории. Теорий на эту тему у «науки» есть, даже не одна. Некоторые пересекаются с религиозно-мистическими верованиями, некоторые сторонятся их.

Следующий этап, если принять за постоянную ОБЛАЧНОСТЬ (неясность) предыдущий уровень (другими словами, похерить его напрочь, ибо, если не ясно, как даже подходить к этому вопросу, то проще его бросить!), таков: констатация многообразия невообразимой сложности. Констатация эта является порождением ума-разума нашего, сущностей, обитающих на планете Земля, на основе наших чувств, воспринимающих «окружающий мiр». В этой констатации, якобы простой, скрывается один очень важный вопрос, который всегда тревожит РАЗУМ: а есть ли принципы, по которым разнообразие выстроена, и, если – да, есть, то каковы они?

Поскольку в ответах на данный вопрос уже заложен принцип проверяемости (через повторяемость с одинаковыми или схожими результатами), то к ответам подключаются «науки», религии же с мистицизмами тихо отходят в сторону (не их это дело вообще). «Науки» изучают принципы ВСЕЕДИНОСТИ, опуская ответ на вопрос, почему всеединство распалось на РАЗНООБРАЗИЕ. Зацените, как говорится, финт ушами!

Где-то на этом самом этапе, при переходе от чистой веры в то, что есть, без сильных выяснений причин, а почему, зачем и для чего, к рассмотрению принципов устроения этого самого того, что есть, и появляются два разветвления.

Первое я обозначаю как Ж, второе – как НЖ. Первое, Ж – это уклон в больше РАЗУМ, нежели ВЕРУ, второе, НЖ – это уклон в больше ВЕРУ, нежели РАЗУМ. Именно это отвечает за бОльший мистицизм НЖ-человеков, и бОльшую логичность разумного мышления человеков-Ж.

Другими словами, там, где какому-нибудь НЖ достаточно сообщить, что вот, мол, так дела обстоят, там Ж может и не поверить, а захочет «проверить» сообщённое. Отсюда же Ж считают НЖ наивняком. Хотя это не так, бОльшая склонность к восприятию на ВЕРУ обозначает лишь бОльшую приверженность к ЦЕЛЬНОМУ восприятию всего мiра. Отсюда же НЖ считают Ж циниками. Хотя это тоже не так, у Ж бОльшая склонность к проверке и недоверию, к РАЗДЕЛЕНИЮ цельности на кусочки для хорошего такого рассмотрения ЧАСТЕЙ.

В этом самом месте зарождаются и развиваются затем два ответвления, прямо выражающие СУТЬ СКЛОННОСТЕЙ: НЖ – от общего к частному, Ж – от частного к общему.

Лежит на поверхности, кстати, то, что Ж изначально выбрали более тяжёлый вариант рассмотрения любых вопросов, а вот НЖ – наоборот, довольствуются более лёгкой формой.

Отсюда вытекают несколько моментов: первый – Ж приходится затрачивать больше энергии на соединение частей в общее целое, нежели НЖ – на разъединение изначально общего целого на части; второй – если всеединость означает БАЛАНС энергии, распределяемой на части, а Ж изначально выбрали более «энергоёмкий» вариант, то понятно, почему их меньше количественно (а соответственно, НЖ количеством подавляют), они «вынужденно» потребляют гораздо больше энергии для решения вопросов по «своему», добровольно выбранному, методу.

Напомню, что всеединость едина, но протекающие в ней процессы должны быть сбалансированы на самых высоких уровнях, иначе трудно даже представить функциональность всеединости. Значит баланс между Ж и НЖ «выставлен» через качественно-количественные характеристики этих двух субъектов: НЖ много, но чистой энергии через каждого из них проходит меньше, Ж мало, но чистой энергии через каждого из них проходит больше. Общий баланс – равенство двух способов. Равенство ТОТАЛЬНОЕ, до определённого момента в развитии.

«Работа» Ж, если тщательно проверить ещё раз высказанное выше, в аксиоматике сводится по своей трудности к невыразимости ими же их общего подхода, который они своей склонностью и выражают: от частного к общему. Дело в том, что частного прилично много, даже неприлично много – чтобы, наконец, ОБЪЯТЬ.

И для Ж, которые ещё, как назло, ориентируются на логику РАЗУМА (т. е. сплошные проверки и перепроверки, казалось бы, уже найденного!) это означает небывалое УТЯЖЕЛЕНИЕ самого процесса. Ну и напряжения, конечно, тоже. Отсюда простой эффект: в Ж-философии нет единства принципов, да и не будет никогда, ибо самый высший принцип (от общего к частному) ими похерен раз и навсегда.

У НЖ наоборот: всё проще в разы. Больше веры, друзья, и думать много не обязательно! От нашего общего мы, если надо, быстренько разделим на части и частное ЧТО УГОДНО. Ну а там либо рассмотрим, либо так и оставим лежать брошенным. Другими словами, у НЖ железобетонная аксиоматика, напрямую вытекающая из железобетонности базового утверждения: всё есть одно. Точка.

Следующий этап рассмотрения, который ещё ниже, уже, наверно, не нуждается даже в рассмотрении, потому что, ясен перец, эти Ж, насоздавав себе трудностей одним ПОДХОДОМ к рассмотрениям всего и вся, будут трудиться, как черти, над этими самыми БЕЗКОНЕЧНЫМИ рассмотрениями частностей (но частностей так много, что это процесс не имеет конца!). Что, собственно, и ПРОИСХОДИТ в «науках».

В религиях же и мистицизме, оплотах НЖ (по бОльшей ВЕРЕ), работы на порядок МЕНЬШЕ. Поскольку не требуется ПРОВЕРЯЕМОСТИ достигнутых результатов или выводов, а вся эта проверяемость заменяется эффективнейшим инструментом: верю – не верю. Точка.

В наших людях (на планете Земля я имею в виду) оба аксиоматичных ответвления достаточно равномерно распределены среди обоих типов: и Ж, и НЖ. Как только Ж чуть больше принимает на ВЕРУ, так тут же его «работы» становится МЕНЬШЕ. Как только НЖ чуть больше НЕ принимает на веру, так тут же он чувствует увеличение тяжести предстоящей ему «работы».

Поэтому в том числе, и из-за непонимания этих состояний, люди, в большинстве своём не являются ни чистыми Ж, ни чистыми НЖ. А являются серединками-наполовинку, с каким-то глубинным, скрытым даже от чувств и восприятий, всё же одним предпочтением: либо в сторону Ж, либо в сторону НЖ. Это может ощутить любой человек, если задумается проверить себя на эту характеристику.

То, что многими людьми ещё воспринимается как борьба между «науками» и «религиями» в сути своей имеет совершенно другое основание: это ОБРАЗ мышления по склонности, либо больше веры, либо больше разума. Вот и всё. Ничего сложного нет.

И последнее, завершающее: я уже приводил аналогию по Ж и НЖ, как по часовой стрелке и против часовой стрелки. Теперь надо дополнить – Ж тратит больше энергии, в силу выбора от частного к общему, значит его движение (допустим, по часовой стрелке) ЗАТРУДНЕНО, НЖ тратит меньше энергии, в силу выбора от общего к частному, значит его движение (допустим, против часовой стрелки) ОБЛЕГЧЕНО. Но совокупно, они тратят одно и то же наличие энергии, которая имеется в их распоряжении во всеединстве. Одну и ту же энергию. Её ещё можно назвать СВЕТ. Или частицы света.

Добавить комментарий