Светочи классической русской литературы

На Западе, в общем и целом, о русской литературе известно достаточно широко. Но два имени выделяются: их знает каждый образованный человек. Да даже и необразованный слышал иногда. Это Толстой и Достоевский. Об остальных известно менее, если не сказать – практически ничего.

Лично я вовсе не считаю вышеперечисленных «столпами» классической русской литературы: мне ближе Пушкин и Лесков. Последнего я вообще считаю незаслуженно забытым для нашей школьной программы. Если бы русскую литературу изучали в основном ПО НЕМУ, то, как знать, не было бы это лучше для молодых и юных душ, поколения которых ОБПЛЕВАЛИСЬ от самоедских причуд Толстого, и особенно Достоевского!

А вот западники от них тащатся, почему-то предполагая, что именно они раскрывают «таинственную русскую душу». А почитав, думают, что они немного поняли про неё.

На самом деле всё гораздо проще. Западная жидовская цивилизация выработала свой собственный «подход» к обсуждению всевозможных бытийных и философских ситуаций в том числе и для литературы. И вот на этот-то «подход» произведения Достоевского и Толстого и ложатся – мягко, а по мелочам, как нитка в иголку, втыкаются. И в плоть, и в кровь. Почему? А потому что талантливые русские жиды Толстой и Достоевский талантливо и с необходимым русским колоритом описали СМЯТЕНИЯ жидовских душ на Руси.

А вот нежид Лесков и нежид Пушкин – не «идут» в струю, непонятны. Не родные какие-то для Запада. Как и масса других.

К примеру, ну что могут сообщить «Соборяне» или «Сказка о попе и работнике его Балде» для западника? Да ничего… чушь какая-то. А вот «Село Степанчиково» или «Война и мир» – это совсем другое дело, знакомый жидовский мiр или мiрок, знакомые черты, знакомые ситуации. Ну а опять же «Очарованный странник» – это ж бздец какой-то? И опять же – совсем другое дело «Братья Карамазовы» или «Воскресение».

Да, жидовские интриги и жидовские страдания, особенно в такой НЕПОНЯТНОЙ стране, как Русь, весьма и весьма показательны. И именно к ним обращено внимание писателей Толстого и Достоевского, которые – обратите внимание! – показывают типичных нежидовских персон, как несусветное ЛОШЬЁ, как тех, кого, может быть, нужно и ПОЖАЛЕТЬ. Один «Идиот» чего стоит!

Что ещё привлекает западников в этих писателях? А то, что они как-то вот не тянут типичную жидовскую линию на победу – а вгрызаются в жидовскую душу с таким остервенением, будто хотят докопаться до её самого нутра. Это, реально, новое слово, и слово важное. Жид-самогрыз, жид-выворачивающийся наизнанку, жид-копатель в самом себе – это ОЧЕНЬ любопытно. И, надо сказать, заслуженно любопытно. Что и было оценено должным образом на Западе.

Вспоминая иногда про модное разделение вкусовщины русской интеллигенции на «толстовцев» и «достоевщиков», я смеюсь над этим. А как-то, помнится, даже взъерепенился внезапно и устроил интеллектуальный террор: когда меня попросили определиться, мол, кто я, к кому себя отношу – к толстовцам или к достоевщикам, я ответил, что скорее – к лесковцам, ибо первые два – ЛОЖНЫЕ ОБМАНКИ, не «наши» люди-то, а вот Лесков – наш, из него «нашесть»-то аж сочится. В ответ наступила очередная «интеллигентская» тишина…

А я добавил, что столько вони и гноя, вытекающих из достоевщины и толстовщины обильными потоками – я, честно говоря, не встречал даже в рассадниках жидовского изобилия, которое, как ни крути, всё же отличается ЛОСКОМ и стремлением к ГАРМОНИИ. И опять тишина… говноедам показали, что они очень любят говно, а они не знают, что и сказать…

Нда-а. Наверно, это очень личное. Но вот ничего не могу с собой поделать. Хочется, наконец, сказать, расставить точки над «i».

Добавить комментарий