Фашизм

Предложу своё понимание явления «фашизм». Прежде всего это – ограничения. Где, как и в случае потенциации любого другого ограничения, подспудным выразителем акта является концентрация. Имхо, это понятно логически: для того, чтобы усилить ток, допустим жидкости (создать концентрацию), требуется уменьшить (ограничить) диаметр слива.

Фашизм, как ограничение, поэтому приложим к любой ситуации, если бы не одно «но», которое есть в слове и термине. Дело в том, что «фашио» – это «сноп», «связка» (фашина), иными словами – намёк на… объединение. Таким образом, возникает определённый диссонанс незашоренного ничем мышления: каким таким образом «связка-объединение» выступает в качестве ОГРАНИЧЕНИЯ? Может наоборот?

Нет, всё правильно: связка-объединение есть инструмент ограничения для создания усиления-концентрации.

Таким образом, фашизм является инструментом ограничения. Целью является концентрация (усиление) какого-то акта.

Претензии людей к фашизму касаются прежде всего инструментария фашизма, тогда как попыткой концентрации акта люди склонны восхищаться. До сих пор.

Здесь важно понимать следующее, имхо: инструментарий фашизма (тех форм и обществ, которые испытали в своей истории его), в своём динамическом развитии, постепенно превысил сбалансированные возможности концентрации акта и, тем самым, свёл их на нет. Кстати, фильм «Триумф воли», от Лени Рифеншталь, говорит о начальном, недурственно сбалансированном акте концентрации – прямо показывает где, на что, куда, как «сбирается воля». Даже при знании последующей истории (что произошло с Германией ПОТОМ), на метафизическом уровне эффект сногсшибательный. Некоторые люди относят его к эстетике, завораживающей и притягивающей, но это не так; всё покоится гораздо глубже, там, где и берёт всё своё начало – как из ничего появляется ТАИНСТВЕННОЕ НЕЧТО: необъяснимое, загадочное, притягательное, мощное.

Соглашусь, что попытки «разобрать» фашизм на сборные элементы (задача исследователей) всегда натыкаются на одно и то же: на нравственные составляющие фашизма (априори нечеловеческие или античеловеческие).

Но человек не способен пока воспринимать безнравственность, как ещё один акт концентрации (вероятный и возможный), потому что приставка «без-» отрицает нравственность. А то, что отрицает, по обычной логике, не несёт в себе созидающего эффекта. В случае с фашизмом, если подумать, данная максима почему-то не срабатывает. Потому что созидание, определённое, БЫЛО.

Вот это противоречие, весьма и весьма видное, так и раздражает (по большому счёту). Нравственная оценка просто вопиёт, блокируя все мыслительные центры и центрики, напрочь заглушая всё остальное, что необходимо взвесить и выдать на горА. С течением времени, проблема фашизма не затухает. Она по-прежнему актуально и современна. Требует анализа и «потрошения» в лучшем научном смысле слова.

Человечество, в общем и целом, по отношению к фашизму пребывает в состоянии инерции: победы СССР над фашисткой Германией, последующей волевой «зачисткой» фашистских последышей и выразителей идей. Но инерция, как можно заметить (не будучи подпитываема актами воли, или будучи подпитываема слабо) – затухает.

Некоторых людей это безпокоит, некоторых радует, а для некоторых вопрос о фашизме встаёт снова и снова в том ключе, чтобы попробовать, наконец, понять: НУ ЧТО ЖЕ ЭТО ТАКОЕ?

Моё понимание фашизма в этой связи примерно таково: в попытках найти «источник силы» первофашисты, сами того не осознавая в большинстве своём, умудрились прикоснуться к метафизически СТРАШНОМУ ареалу и задействовать его. Этот ареал можно описать как области потенциальных опытов человечества в разрушении самих себя. Другими словами, непередаваемо мерзкое гнидство, окрашенное эстетическим самопоеданием.

Метафизических источников силы существует до чёрта. Всё они умещаются на ровной прямой (для наглядности) от любви до ненависти любых масштабов. В качестве примера ещё одной такой возможности приведу существующее ныне «самопоедание» так называемых «глобалистов». Это тоже крайне несбалансированное движение идёт ныне вразнос, но ещё не миновало ту точку, после которой будет спад, не выявив в себе максимум разрушения. Всё ещё только предстоит. Им.

Поэтому для меня лично, что фашизм, что глобализм, что любое другое движение по какому-то ограничению и возникающей следом концентрации, включая и национализм с патриотизмом – выглядят в некоторых аспектах одинаково: как поиск, нахождение и задействовывание СИЛЫ, найденной в ПОТЁМКАХ. Любопытно, что ощущение силы (появившейся неизвестно откуда) склонно задвигать нравственные вопросы на второй план. Как бы балансируя разновекторность направленности приложений.

Сила же, находимая в СВЕТЕ, поскольку она является яркой, тоже используется. Но она скучна, потому что очевидна, а одной из черт человека является любопытство, кратко выражающееся так: а что будет, если..? В этом вопросе тоже возникает наглядная несбалансированность, потому что совместить скуку с необходимостью не всегда возможно.

Самым оригинальным примером задействовывания силы, находящейся в свете, является опыт СССР (более конкретно, сталинской эпохи). И, имхо, правы те исследователи, которые противопоставляют силу СССР и силу Германии, как имеющие разные источники: света и тьмы (как вульгарно или затасканно это ни звучит!). В обоих источниках (а, если быть точнее в ОДНОМ и ТОМ ЖЕ, просто беря силу с разных концов) было одно и то же: сила. Просто сила тьмы – это мощнейший потенциал отсутствия света, а сила света – самодостаточна.

Уточню ещё раз: при любом появлении любой силы необходимо взглянуть на источник и на инструментарий по концентрации. И, хотя в вышеприведённом абзаце, я сказал, что источник всегда один, источник обширен и может использоваться с разных концов, а то и с середины.

Второй момент: по инструментарию. Надеюсь, уже понятно, что в случае «выборки» источника силы с конца более близкого к ТЬМЕ, инструментарий объективно должен отличаться, если бы «выборка» осуществлялась с конца, более близкого к СВЕТУ. «Объективно» здесь дано в том смысле, что иначе не сработает.

Поскольку в ближайшей исторической мгновенности у человечества нет другого более мерзкого (и «раскрученного») примера по задействовыванию силы ТЬМЫ, кроме как фашисткой Германии (можно ещё эксперименты Пол Пота добавить лишь), то установка фашизма по шкале силы в самый крайний конец (тёмный) лишь естественна. С этим согласно большинство людей на планете. Ну как бы очевидно.

Несогласие возникает с другим концом силы – назовём его «светлым» – здесь картина совершенно другая. Вера нас, Руси, что мы и есть «светлые», не поддерживается большинством на планете. Это следует знать и признать, чтобы не впадать в прострацию от выражаемой иногда нелюбви к нам. Ну а по большому счёту, это происходит потому, что Русь, увы, пока не научилась точно и размеренно выбирать соответствующий ей источник силы, вернее тот его конец, который максимально приближен к СВЕТУ. Всё взаимосвязано ведь.

В этом вопросе я не согласен с фантастом Лукьяненко, описавшем противостояние «тёмных» и «светлых» (в известном романе, да ещё и по которому сняты фильмы), как равно полунравственных и равно полубезнравственных. Товарищ писатель упустил один важный момент: инструментарий сторон должен отличаться, иначе это введение людей в заблуждение. Дело тут в том, что тёмные используют силу безнравственности по полной, а светлые используют силу нравственности. Вторая сильнее. Всегда.

Ну и последнее, моё любимое, т. с., вызывающее уже даже усмешки у «продвинутых» жидоведов. Тёмное и светлое идеально ложатся на Ж и НЖ, в любых смыслах: как физических, так и метафизических. Ибо любовь к себе (тёмный источник силы) и любовь к другим (светлый источник силы) идеально проясняют ситуацию.

Я бы лично не хотел, чтобы в будущем Русь, осознанно или безсознательно, даже приближалась к источнику силы ТЬМЫ. Будь он хоть как эстетически (или политически, логически и т. д.) привлекателен. Внутренняя природа Руси (имхо, НЖ) будет в таком случае подвергнута определённому разрушению. А это не есть правильно, имхо, лучше быть более чистым, чем менее грязным.

Добавить комментарий