Экономика консенсусов

Продолжение разговора об экономике: первая часть, вторая часть.

В человеческой деятельности никакой общий консенсус изначально недостижим. Но чёрт, как всегда, кроется в деталях, потому что на самом деле консенсусами экономика ПЕРЕПОЛНЕНА. Этот парадоксальный вывод я и постараюсь дальше обрисовать.

Начать можно с того, что вкусы у людей разные. Ну, как ни крути. Т. е. деталировка по каждому человеку приведёт лишь к головной боли, а толку не будет никакого. Однако, не мной замечено, что некоторые вкусы у некоторых людей (более, чем у одного) в некоторых условиях могут и совпадать. Собственно говоря, именно на этом и основана экономика, как всё же работающая худо-бедно структура. На совпадениях вкусов (пусть и временно, пусть и географически ограниченно). Все другие причины, если заняться их анализом, вытекают из самых простых, самых банальных вкусов. Это и есть искомая простота жизни, не стоит в ней искать бОльших глубин. Их там попросту нет.

Поскольку, имхо, вкусы определяют движение человеческой деятельности по всему спектру занятий, то крайне любопытно представить себе гипотетического «безвкусового» человека. Первое, что приходит в голову – это мертвец. Вот у него действительно нет никаких вкусов. Отсюда вывод, что любой человек (живой) представляет собой совокупность разных вкусов. Некоторые люди доходят в своих вкусовых пристрастиях до такой сложности, что именуются «странными» или даже «ТБМбнутыми». Но даже у самых «продвинутых» вкусовиков основная масса имеющихся у них в наличии вкусов падает на вполне обыденные, и, что самое важное, весьма среди людей распространённые.

Таким образом, экономика имеет дело в самой общей части с удовлетворением вкусов, которые распространены БОЛЬШЕ, она же имеет дело, уже в ограниченной части, с удовлетворением вкусов, которых гораздо меньше, и она же имеет дело даже с фриками (чьи вкусы индивидуальны и очень редки). Есть области, с которым экономика дел не имеет, их очень мало. Это прежде всего касается духовных практик, нацеленных на самосовершенствование, в них прикладность никакой экономики не играет никакой роли: для духовного самосовершенствования (если отринуть невозможность тела существовать без пищи) никакая ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ не нужна. Про эту особенность следует помнить, когда заходит разговор о душе, смысле жизни и духе, оплодотворяющем плоть.

Консенсусы экономики, о которых я упомянул выше и даже присовокупил название, состоят в том, что они негласным образом ОПРЕДЕЛЯЮТ базовые направления развития экономики по планируемому будущему. Если консенсус недостижим по тем или иным причинам, то экономику будут стопорить тормозные силы, вызываемые некоторыми людьми или обществами. Какое-то время не происходит ни развития, ни не развития, но очень недолго, как правило. Потому что человек – животное общественное, и его жизнь настолько зависит от тех или иных консенсусов и консенсусиков, что малейший в них сбой вызывает тревогу и острое чувство безысходности, которое очень быстро воплощается в нахождении всё же очередного, так нужного для душевной теплоты, консенсуса.
В результате деятельности человеков выяснилось, кстати, что есть некоторые вещи, по которым очень явно можно проследить будущее по ним отсутствие консенсусов. Это касается, прежде всего, взаимоотношений между жидами и нежидами.

Представить себе, что отрицательный заряд найдёт консенсус с положительным зарядом и оба они сольются в экстазе очищающего взаимодействия – невозможно. Так и с людьми тоже. Знание об этом я толкаю с поразительным упорством, оно от этого не становится ни горше, ни слаще, потому что напрямую ни на что не влияет, а прагматики не удовлетворяются «безсмысленными» знаниями ни в какую.

Но вопрос тем не менее важен, потому что он влияет ОПОСРЕДОВАННО на ту самую практику наших жизней, ну и, в частности, на экономику. Дело в том, что жидовский подход и подход нежидовский не только отличаются друг от друга, они друг другу изначально противоречат и нет никаких, абсолютно и тотально, никаких факторов, которые могут даже намекнуть на предстоящий в будущем консенсус. А раз так (если принять эту точку зрения), то следует просто РАЗОЙТИСЬ, как в море кораблям, жидам и нежидам, пробуя НЕ взаимодействовать плотно (ибо взаимодействия всё равно не получится), а как получится «на границах».

Жидовский подход, в своей невеликой сложности, опирается на ощущение человеком своего «Я», как наиважнейшей, при прочих составляющих, величины. Эта склонность придавать всему жизненному опыту прохождение всего через оценку «Я», как самого важного на свете – выпрастывает всё в УЗКУЮ сферу двух базовых оценок: «Я» и остальной мiр. Из этих и только этих оценок вырастает мировоззрение жида. Всё остальное для жида неважно, если не пропущено через «Я» и остальной мiр, с упором на «Я».

Нежидовский подход, в своей ещё более невеликой сложности, опирается на ощущение человеком той ОБЩНОСТИ, к которой он принадлежит, при прочих составляющих, как наиважнейшей величине. В некоторых случаях исчезает даже «Я», поскольку нежидом оно не рассматривается серьёзно: всегда как часть «МЫ». И, исходя лишь из взаимоотношений среди ОБЩЕСТВА, нежид строит своё мировоззрение, исходит из него. В нём, разумеется, присутствует толика «Я», поскольку трудно не ощущать своё тело и не соотносить его со своим существующим реально «Я», но оно ТУМАННО, как бы расплывчато и соприкасается какими-то отростками с другими… Соответственно, нежид, не может рассматривать всё происходящее вокруг через призму лишь собственного «Я», ему это не только не комфортно, ему это ПРОТИВНО, он предпочитает в как можно бОльших случаях соотносить себя с как можно бОльшим количеством «МЫ».

Банальный пример такого существования заложен в животных, где налицо редкие экземпляры аналогично «жидовского» поведения, отдельного существования (их мало, но они есть), и огромное количество животных стайных, стадных и прочих племенных (общественных). В той же природе можно рассмотреть и существующий баланс, который вырабатывают в своих взаимоотношениях эти животные, столь разные по исходному «коду». Ну и, наконец, сделать простой вывод: что «жидов» гораздо меньше, чем «нежидов». В разы. Точно так же и среди людей, которые ну очень напоминают поведение некоторых животных (из них же и произошли, что лишь добавляет пикантности): иногда общественных, а иногда и очень индивидуалистичных.

Самый банальный пример из всем известных – это отличия кошек от собак. Мудрствовать особо не надо, потому что очевидно, что красивая и соблазнительная КОШКА – это жид в миниатюре, тогда как СОБАКА – это верный друг, служака и ОБЩЕСТВЕННЫЙ охранитель, нежид. Тоже в миниатюре. Хотя, возможны и нюансы: ибо содержание всегда важнее формы.

В отличие от животных, люди выработали (да и вырабатывают постоянно) для своей жизни некие вспомогательные инструменты, которые «помогают» им развивать в том числе и экономику. Одним из таких инструментов являются деньги, вовсе для экономики не нужные. А для чего они тогда, вернее, КОМУ они так были/стали нужны?

А они были нужны тем же жидам, ибо нет лучшего «друга» для жида, чем инструмент по его ДУХУ, по его мировоззрению. И деньги – в этом плане – идеальный инструмент проявления жидовской сущности. Потому что и подпорка, и костыль, и даже подушка одновременно.
Если взять что-то, по чему консенсус невозможен в экономике, то, да, окажется, что это всё тот же пресловутый вопрос о самом существовании денег. Для жида деньги – краеугольный камень, основа. Для нежида деньги – сущность, в принципе безсмысленная, но исторически так сложилось, поэтому и приходится использовать, ругаясь и проклиная их существование.

Из денег вырастают и другие невозможности консенсуса в экономике, кстати. К примеру, любимый жидовский напев – это как заценить ЕГО, жида, труд, который должен отличаться от труда других людей, потому что… труд всегда отличается. Ну и как должен, соответственно, труд жида вознаграждаться, и что за вознаграждение можно получить из ништяков. Уж что только жидки не придумывали, чтобы подвести основу под безосновное – как так «правильно» заценить, чтобы навсегда! Но не получается ни хрена, отовсюду видны жидовские уши. Куда ни копни. И ничего не сводится ни к какому консенсусу, потому что и не может свестись. Жидовский инструмент деньги не может правильно заценить никакой труд, потому что сама процедура оценки базируется на жидовском же принципе. Всё, приехали.

Нежиды запросто могут построить любую экономику, потому что общий труд, в котором нет жидовского РАЗЛИЧЕНИЯ кто, когда, сколько и т. д., а посему и соответствующее вознаграждение, не обращает внимания на такие мелочи. Вознаграждением для нежида – ВНИМАНИЕ!!! – служит не его «справедливая оценка» и вознаграждение, а сама возможность ОТДАТЬ СЕБЯ ДРУГИМ в служении (неважно каком: трудовом, вдохновенном, в помощи любой!). Сравните это с жидовской «ты – мне, я – тебе» – ну как эти два подхода могут совместиться в любом совместном жидовско-нежидовском обществе? Никак не совместятся. Нету такой возможности.

Именно поэтому консенсус в экономике возможен… лишь по частям, разведённым в стороны. Нежиды запросто найдут консенсус, у них нет жидовских поползновений к своему и только своему «Я», у них на первом месте «МЫ». А жидам ничего искать и не надо – жидовская экономика УЖЕ ими создана и процветает на всей планете: со всеми этими деньгами, иерархиями, собственностями и правами, различающими одних жидов от других…

В общем, спасибо жидам, за долгий исторический период они создали под себя такую обстановку, в которой совершенно ясно – нежидам существовать крайне трудно. Отсюда их периодический гнев на жидовьё, отсюда и прочие пертурбации, объясняемые РАЗНО, хотя суть сводится к одному и тому же. Теперь пришла пора и нежидам заявить о том, что они не такие, как жиды, их принципы – другие, их мировоззрение – другое, их способ жизни – другой. Нет ничего общего.

И сделать это проще всего через экономику, через разведение людей на две большие группы: каждый идёт туда, где ему комфортнее себя ощущать. И никакого насилия. Жиды к жидам, нежиды к нежидам.

Добавить комментарий