Дежавю

Эффект дежавю, который частенько возникает у людей, таинственен до жути, хотя вроде как ничего опасного и не несёт с собой (кроме случаев ощущения собственно опасности, «повторной» такой). Ну, подумаешь, показалось и показалось, делов-то!

Но я думаю, что это вовсе не тот психический «механизм», который ничего не говорит. Наоборот – дежавю всегда точечно нацелено на человечий разум. Просто правильно обработать этот сигнал разум не всегда в состоянии, да и обычно подавляется волей человека, как ничего не значащее… промелькнувшее там нечто, поди разбери, что это такое. Человек, остановивший своё внимание на дежавю и потративший на осмысление феномена некоторое время, обязательно что-то поймёт.

Дежавю не обязательно может «принадлежать» самому человеку в его нынешней ипостаси – это вполне может быть «воспоминание» из какой-то его прошлой жизни (его души) – и в связи с этим может обозначать некий пройденный рубеж. Допустим, определённых опытов в накоплении эмоций. Такое дежавю показывает человеку: ты уже ЭТО познал, просто запомни и топай себе дальше.

Ещё дежавю может служить указателем – к примеру, подходом человека к другому рубежу уже его жизни нынешней – тогда оно требует попытки фиксации с тем, чтобы в будущем сравнить, была ли фиксация важной или нет. Ложными такие фиксации никогда не бывают.

Люди знают об «уколах совести», действие которых сходно с дежавюйскими пертурбациями, или посильнее так, помощнее. Но уколы совести заставляют человека переживать, тогда как дежавюшки – нет. Почему так? Дело ли в том, что «уже видел», тогда, что тут переживательного, или в том, что, ну «уже видел», ну видел, видел, видел… ничего нового? Или в чём-то другом? Мне кажется, что в другом совершенно.

Дежавю, имхо – это есть прорывы парадоксальности бытия, дающиеся нам на блюдечке, где искомой парадоксальностью выступает схожесть ситуаций, хотя нам прекрасно известно, что 100%-но схожего в окружающем мiре ничего нет. Это что-то вроде остановившихся часов, два раза в сутки показывающих точное время. Когда в человека «вклинивается» останов всего механизма, и он вынужденно, хотя бы на секунду, ментально оглядывается: всё ли в порядке?

В детстве и в юности дежавю обычно не бывает, поскольку накопленных опытов бытия в очередной жизни достаточно мало, и вал нового сметает старые воспоминания, отправляя их в хранилища памяти, а вот после наступления осознанной взрослости – дежавюшки всплывают. К старости, как я подозреваю, они могут вызывать даже осознаваемый «обратный вал»: это уже было, это я уже видел, видел, видел…

Таким образом, можно сделать вывод, что дежавю служат ещё и регулятором всех видов памяти, отметками, вехами, столбами на долгом пути или даже шлагбаумами.

Частого появления дежавюшек (если кто мается этим делом!) можно избежать резкой сменой накопления опытов: способов накопления, территории накопления, сфер накопления и т. д. Но было бы крайне наивно при этом уподоблять дежавю какой-то странноватой прихоти нашей памяти. Феномен дежавю сложнее, потому что он лишь намекает, но никогда не двоит.

Мы, люди, привыкли к логике рассуждений разума того, что дежавю корнями стоит в нашей человечьей памяти. Но намёк на память – не есть извлечение из памяти события или событийного ряда (или запаха какого-нибудь). Для разума нет особой разницы между «намёком на память» и «извлечением из памяти» точных данных, потому что процесс схож, но можно и остановиться на этом моменте, чтобы понять необходимые отличия. Указание на данные не есть сами эти данные, это есть обобщающий, СТУПЕНЧАТЫЙ процесс.

Разум может представлять себе эон «памяти» как угодно, но чаще всего, ввиду дискретности работы разума, он склонен присуждать памяти непосредственно ЗАСТЫВШЕЕ состояние, куда мелкими струйками втекает действительность и оставляет свои следы. С другой точки зрения, память – это точно такая же ФОРМА, как и всё остальное, которая точно так же, как и всё остальное, находится в постоянном процессе ИЗМЕНЕНИЙ.

И тогда дежавю, если это «отростки» из памяти – это напоминания о том, что наша память, в своей вечной изменчивости, иногда так кардинально меняется, что способна «уйти» далеко от души человека, в неизвестность. Для разума парадоксы «существуют», но существуют, как феномены, ещё требующие своей разгадки (потому что разум полагает, что парадоксов нет вообще), а дежавю, выходит, это тогда напоминания разуму о том, что он может и ошибаться.

Рассуждения вышеприведённого характера не могут не подтолкнуть меня к мысли о том, что дежавю – это никакая не «работа» памяти, а прямая работа УМа. Потому что сходство снов и дежавю для меня очевидно: такая же мягкость, такая же неназойливость, такая же мимолётность.

Добавить комментарий