Дилемма власти

Сидели мы однажды с другом, как водится, бухали, разговоры разговаривали. Он возьми, да и риторически спроси, а что есть главного в русском человеке (на меньшие темы под звон стаканов никто из нормально пьющих русских людей и не разменивается), а я возьми, да и ответь: «Друзей – защищай, врагов – мочи!».

Впрочем, это присказка, а сказка про власть и про дилемму власти впереди. Мне вот чем импонирует товарищ Путин? По чесноку, это то, что он ведёт себя так, как описано в лозунге выше. Но кого лично может знать товарищ Путин? А несколько человек. Ну несколько десятков человек. И много у него друзей среди них? Ну, несколько точно есть. А врагов? С этим уже сложнее, нам неведомо. Но, подозреваю, что их тоже немало, во власти вообще, а особенно наверху, всякие твари водятся.

А дилемма власти такова, что ты, правитель, либо друг народа, либо – враг народа. По-другому, когда ты никто народу – и не бывает. Вернее, если и бывает, то это либо не правитель имеется в виду (не зиц-председатель), либо народ просто не понимает, кто им на самом деле правит.

Но как правителю стать другом народа или врагом народа, если он этот самый народ НЕ ЗНАЕТ лично? Вот как? Собирать через тайные шепотки и секретные каналы информацию с мест? Ну, да, собирают, конечно, какую-то. Отслеживать настроения народа? Ну, да, отслеживают. Опять же выходит, что не народа, а каких-то представителей, которые за народ толкуют. Да и любой может догадаться, в конце концов, что народ – штука крайне неоднородная, там есть ВСЁ вражеское и ВСЁ дружеское, весь диапазон, обсчитаешься считать, что есть ху, и как это всё ещё и переливается из пустого в порожнее.

Другими словами, управленец большими массами людей, по идее, должен ставить перед собой такие цели и выполнять их, которые могут совпасть с чаяниями народа или не совпасть. И он при этом может лишь смутно догадываться, никогда не зная наверняка, совпадут ли его желания с желаниями народа или не совпадут.

Поэтому принципиально хорошо то, что во главе страны стоит человек, который даже в такой мелочи, как риторический вопрос и ответ на него, попал со мной в точку. Прямо в яблочки. Но это, конечно, лишь цветочки, приложимые лишь к нашей бытовой обыденности, да спокойной жизни на низах. В делах, связанных с ответственностью за страну, или за часть страны, или за аспект жизнеобезпечения страны подобная простота может вылиться чёрт знает во что: неизвестно точно, кто у нас в друзьях водится, а кто – во врагах. И это не я говорю, а политика, которая, сука изменчивая и компромиссно-безкомпромиссная такая.

Но тогда выходит, что простой, как веник, лозунг русского человека, вполне приложимый к максимам действия на уровне окружения обыкновенного тебя – должен быть заменён на какой-то другой ясный и понятный лозунг для того, кто сидит повыше и в руках вожжи держит. Вопрос: а какой это может быть лозунг для человека, русского, правящего Русью же?

Перечислю ещё раз задачи для такого человека: не позволить Руси пойти на клинья разногласий (по крайней мере, для большинства), защитить Русь от покушающихся на неё, создать внутри Руси для русских же людей достойные правила, по которым люди могут достойно себе жить. Три в одном, как говорится. И это я ещё не все задачи назвал, уверен, что, начни копать, громадьё задач может даже придавить своей неподъёмностью и разностороннестью.

Поэтому для власти, хочешь, не хочешь, а проблема выборов в каждой новой ситуации – не только остра, но и обоюдостра. С одной стороны, можно бед натворить себе и народу, а с другой – и народ может не понять. А решения принимать надо здесь и сейчас.

Западные «демократии» пошли по тому пути, который называется передача множества полномочий на самые низы, распределение полномочий на самых верхах, поэтому условная власть в этих странах малоопределима иногда, так она опутана сдержками и противовесами, что сама борется с собой в тенетах, созданных ею же. Впрочем, они как-то привыкли к этому, поэтому это их дело.

На Руси «демократия» не приживается, хоть режь. Для исследующих этот вопрос есть два принципиально разных ответа: норот не тот, типа рабы, и «демократию» вон, монархию вводи (коль всё равно что ни делай всё равно монархия выходит). Мне ближе второй вариант, он хотя бы честнее, и в нём нет презрения к собственному народу. Но что первый, что второй варианты – слегка дебильны по сути, потому что не отвечают на главный вопрос: а кто Руси враги, а кто – друзья. Или даже по-другому: кто русскому друг, а кто – враг? Или даже ещё позаковыристее: а может и не надо вообще делить ДРУГИХ на друзей и врагов? Может как-то иначе?

Тогда встаёт вопрос, а как это – иначе? Да и с чего начинать этот вопрос. Ну не с друзей же и врагов, они по жизни сами худо-бедно определятся как-то, так всегда было, а ты знай – фиксируй только. Хорошо, тогда может с общественного строя? Ну, типа создать такой строй, не демократия, не монархия, не республика, не безгосударственное образование, а что-то такое безумно РУССКОЕ? Блин, да какое же тогда? Вот в чём есть соль будет, русскости этой? В чём?

У меня есть на это ответ, как мне кажется. Во-первых, надо бы уйти от дилеммы власти. Насовсем. Во-вторых, надо бы десакрализировать власть, и тоже насовсем. В-третьих, надо поплотнее присмотреться к тому, как устроены обычные горизонтальные структуры по жизни.

В нашей парадигме мышления им уделяется на удивление очень мало внимания именно в вопросах управления огромными массами людей, как будто бы горизонтальные структуры как изначально для этого вовсе не приспособлены. Имхо, это ошибка. Потому что горизонтальными структурами, по правде говоря, и не занимались вовсе.

И виной тому я определяю все жiдовские «науки» и исследования, которые, как клещ вцепляются лишь в то, что они сами ощущают как правду, лишь сами остро чувствуют, лишь сами предполагают важным. В науке управления жiдовский подход таков, что управление может осуществляться лишь по главной оси – вертикальной, а горизонтальную – нех даже исследовать, там вообще ничего толкового нет. Как говорится, ну есть она, да и хрен бы с ней.

Впрочем, это не вина одних жiдов, они лишь говорили и говорят честно то, что думают и предполагают. Это вина нежiдов, как теоретически способствователей, зачинателей и поддерживателей структур горизонтальных. Это нежiды не сумели ни разработать этот слой вопросов, ни привлечь своё собственное к нему ДОЛЖНОЕ внимание. И этому пора положить конец.

Сами обстоятельства меняющегося у нас на глазах мiра наглядно показывают небезперспективность рассмотрения горизонталей власти. Да, пока лишь теоретическую, а посему – весьма и весьма спорную. Но давайте безстрастно взглянем… ну хотя бы на цифру. Что это, как не горизонталь? Ну что ещё? Там от вертикали остаётся лишь двухзвенность: центр принятия решений и управляемые. Там больше вообще ничего нет, помимо этих двух величин. И какая же это вертикаль тогда? Это что-то другое. А что именно?

А это одна из форм того самого горизонтального управления. Это отсутствие ПИРАМИДЫ управления, иерархии, где каждый слой, каждый кирпичик, каждый этаж плотно занят людьми, а значит их компетенциями, полномочиями, ну и интригами, как без этого. А вот в цифре особо не поинтригуешь, цифре пофиг, цифре важен АЛГОРИТМ, вложенный в её устройство, а больше и ничего. Вопрос, а может тогда это вообще даже не двухзвенная структура, как я раньше написал: центр и управляемые, может это вообще однозвенная структура, где одно звено, центр, это и есть алгоритмически заданная ГОРИЗОНТАЛЬ?

Ответом на этот вопрос может служить другой вопрос: а чем именно считать цифру? Инструментом, как молоток, или звеном управления, как иерархическую природу власти нынешней? Я вот склоняюсь к мысли, что цифра – инструмент, и ей любая иерархия побоку.

Или другой вопрос – организация экономической жизни через артелизацию хозяйственной деятельности людей. В артелях, по уму, нет никаких иерархий, ибо там все друг другу равны по силе голоса выбора: один человек – один голос, а посторонние, в силу другого правила, что только непосредственно работающие в артели могут быть членами артели, отсекаются. Т. е. артель – это другая ГОРИЗОНТАЛЬНАЯ «ветвь» управления.

Она может быть однозвенной, если начальника в ней нет (представить это трудно, но можно), а может быть двузвенной, когда начальника выбирают члены артели. Тогда на начальника переносят часть полномочий и возникает лёгкая, типа лайт, иерархическая структурка. Но это всё же остаётся горизонтальной структурой управления, как ни крути, потому что начальник артели ПОДОЧТЁТЕН членам артели и может быть смещён в любое время их голосами.

Социальные сети, как к ним ни относись, это тоже горизонтальные структуры (хотя они ничего и не делают, лишь языками трещат, хотя некоторые взваливают на них вину за «цветные» революции, что тоже можно рассмотреть, как ДЕЙСТВЕННОСТЬ горизонтальных структур, кстати!).

Вопросов по горизонталям, в общем, ещё много. Я лишь затронул малую часть, самую видимую. Хотя есть и скрытые.

Добавить комментарий