Гнездо

Наш мiр постепенно движется в сторону разрушения былой «семейной» культуры. На виду сексуальные извращенцы всех видов и мастей, создающих фон/вой, а в глубине и тиши «семейных» вод происходят процессы немного другие: менее заметные, но не менее разрушительные.

К примеру, в силу техногенного характера нынешней цивилизации (общепланетной) у подавляющего количество народа полностью исчезло проживание семей под одной крышей трёх-четырёх поколений. Исчезли, совокупно у большинства, семейные завтраки, обеды и ужины за одним столом в одно и то же время. Изменился состав пищи, стало много полуфабрикатов, которые легче готовятся, но так же быстро и проглатываются, причём и отношение к поглощению еды уже совершенно не уважительное.

Изменились, из-за получения женщинами многочисленных прав, и семейные обязанности. Да, в консервативных кругах, кои ещё сильны, по-прежнему мужчина – глава семьи и добытчик, но таких семей становится всё меньше и меньше. Ныне добытчиков в семье уже два, и не всегда мужчина «добывает» больше. Отсюда появление новых «трений» в семье: раньше были трения из-за самодурства главы семьи, теперь трения идут из-за того, кто больше добывает. Дети на всё это смотрят открытыми глазами. Впитывают.

Изменился труд людской: ни женщинам готовкой, стиркой, шитьём, вязанием озадачиваться уж слишком не нужно, ни мужчинам владение рубанком, знанием, что такое струбцина и т. д. – тоже как-то не очень пригождается… На всё есть спецы, и по каждому вопросу можно перестать заниматься домой ерундой, а пойти и купить то, что нужно – уже готовое (да и сделанное лучше, чем если бы сам).

Изменилась общественная жизнь, по-прежнему культура цветёт и пахнет, но в кино, допустим, такое ощущение, что пика своего оно достигло в 60-70-е гг. прошлого века, а дальше пошла умело скрываемая деградация (неспособность сказать новое). Схожие явления наблюдаются в театрах, где уже просто не знают, что бы ещё такого изобрести, чего раньше не было. Интернет позволяет теперь соединять ранее несоединимое, т. е. каждому засранцу можно ощущать себя творителем чего-то там. Ну а общество незримо перетекает в семью, поколениям труднее и труднее находить между собой то общее, что и позволяет говорить о семье. Пределы семьи немного расширяются пространственно, а вот внутренние, былые родственные связи – перестают быть «святыми», становятся даже обузой.

Вопрос, который ранее ставился жёстко, о соединении мужчины и женщины в священный союз-семью и так до самой смерти, разрушен атеизмом и вводом гражданских бракосочетаний – незазорно теперь, понимаешь, ошибаться в спутнике жизни, незазорно и не раз, и не два делать подобные ошибки… и ничего страшного. И снова феномен – расширяются пределы семьи, когда росточки семейственности, странноватой такой, широко растут ВОВНЕ.

Я так это всё понимаю: скученность в условиях городов ведёт к появлению и развитию подобных феноменов. Они есть – порождение техногенности, отехничивания многих и многих аспектов жизни всех, поэтому человек, в лице самых раскрепощённых представителей своего рода, начинает движение туда, куда, как кажется с консервативной точки зрения, ходить ни в коем случае нельзя, потому что там – ад.

Я не согласен с этим постулатом – в расширении семьи нас ждёт не ад, а создание новых семей, на новых принципах, с иным устройством, и довольно оригинальных. Некоторые моменты этих «новых» семей отработаны человечеством в… детских домах, приютах, коммунах и прочих экспериментах, многие из которых высмеяны, забыты, вставлены в изучения образцами маразма и идиотизма.

Вот примерные принципы «новой» семьи – которая не появится массово в наших жизнях, но семенами которых УЖЕ щедро упитан весь человеческий ландшафт:

  1. Значение родства ребёнка с папой и мамой – будет не так уж и важно, если брать аспект всего человечества, как частиц единого общего.
  2. Связь мамы со своим ребёнком будет подавляться на ещё более ранних этапах, чем ныне.
  3. Дети – будут будущим общины, а не семьи.
  4. Семей не будет, мужчины и женщины будут соединяться в любви для зачатия новых членов общины по собственному желанию, а не по традициям, правилам, законам и нравам.
  5. Кровнородственные связи поколений не будут считаться важными, важным будет община, в которой дети выросли.

Нетрудно заметить, что вышеуказанные принципы напоминают то, что человечество уже проходило как-то не так давно. То ли в первобытнообщинном строе, то ли чутка потом. Да, всё верно, человечество снова вернётся к общинам, к проживанию не семей, а общин – этим и завершится тот великий цикл поисков людьми максимально комфортного общежития.

Человечество прошло опыт созидания благоденствия и благочестия в воспроизведении самих себя ПАРАМИ, соединяемыми жёстко и миллионами уложений в СОЮЗЫ. Союзы пар перестанут иметь сакральное значение, потому что процесс воспроизведения людей станет более свободным и менее обязывающим, поскольку именно община, совокупно, будет предоставлять заботу и попечение ВСЕМ детям, родившимся в ней. И в какой-то мере понятно, что хорошо, когда есть папа и мама, но, наверно, лучше, когда все окружающие ребёнка мужчины – папы, а женщины – мамы. Есть в этом элемент той новизны, которую пока трудно воспринять и принять.

Но пока всё именно к этому и ведёт: освобождающийся от достаточно подневольного труда из-за автоматизации и роботизации человек, получает чистое время ничегонеделания, которое он волен использоваться, как ему угодно. И у многих людей, получивших такой вот «дар», возникают странные мысли: к примеру, о том, что скрепы, ранее держащие семью, рушатся, а новых скреп на горизонте нет ни одной. Вот кроме разве что общины, которая сама по себе ни к чему не обязывает, но позволяет решать некоторые задачи с большим толком, поскольку сообща. И процессы воспроизведения самих себя в таких общинах не могут со временем не стать иными, как тоже РАЗМЫТЫМИ, где размывается кровнородственная связь.

Движение в этом направлении уже есть, хотя до сих пор никто прямо и чётко ещё не оглашает эти будущие принципы и НЕ ЖИВЁТ по этим принципам. Кровнородственность всё ещё играет огромную роль в жизни людей, особенно с точки зрения экономики – ну или материального базиса для продолжения «своего» рода. Но разрушение кровнородственности уже очень ощутимо, прямо явно.

Тенденция на то, что семья теряет свою ценность у всё большего и большего количества людей – в последнее время усилилась, а дальше усилится ещё больше в связи с выбросом всё большего количества трудоспособного населения в области, где труд не только не обязателен, он ещё и не нужен, а более того, труд ещё надо заслужить чем-то. Ситуация, когда «труд НЕ есть право, НЕ есть обязанность, а есть ВОЗНАГРАЖДЕНИЕ за знания и умения», уже раскалена до предела и наличием безработных, и наличием свободноработающих художников (фрилансеров), и наличием общих праздных людей, попросту не желающих трудиться.

Пословица «кто не работает, тот не ест» утратила свою глубинную житейскую мудрость, пословица эта уже давно выглядит жалкой и смешной. Но и хитрозадая изворотливость, позволяющая стричь лохов и паразитировать на них – тоже уже не срабатывает, потому что инструменты, которые это позволяли, выработали свой «ресурс»; они тоже рушатся.

Началась, что совсем уж запредельно странно для консервативного мышления, ДЕМОНИЗАЦИЯ труда. Со всех сторон. Неприкрытое балбесничанье признаётся лучшим выходом из ситуации жизни, чем целенаправленный труд по переработке ресурсов планеты, которая вовсе не резиновая. И к подобным мыслям всех «трудящихся», и верящих при этом в труд, подталкивают сами обстоятельства жизни: всё те же механизация, автоматизация и роботизация труда – трудящимся на практике показывают ТЩЕТУ их усилий и верований, показывают абсурдность их жития. А это трудно психически пережить.

Всё это опускается и в семьи, и тоже размывает «семейственность». Ну не могут взрослые в семье выглядеть серьёзно в глазах детей, если их труд не ценен. Могут выглядеть чудаками, цепляющимися за отжитое напрочь. Вот так и разрушаются гнёзда.

Добавить комментарий