Классы

Я как-то задал самому себе вопрос: а к какому классу я отношусь? Под «классом» я имею в виду классику: мозгом вычленяемые сообщества людей, схожих между собой в отношении к средствам производства (имеющие оные или не имеющие в своей собственности). И начал прямо с детства.

В самом начале, аккурат сразу после рождения, я какое-то время относился к классу пускающих пузыри, не умеющих говорить, а умеющих лишь сами знаете что, младенцев. Спустя какое-то время, после облагораживания себя воспитательными мерами родителей и собственными усилиями развиваться, я перешёл в класс следующий: младенцев, умеющих ползать, сидеть, затем даже ходить, ну и через какое-то время и говорить (по-русски). Про собственность я вообще ничего не знал в то время, потому что абстрактные мыслищи ещё не нашли способа проникнуть в мою голову.

Года через два-три, уже и не упомню точных дат, я перешёл в следующий класс: класс, ходящих в ясли, затем в садик. Бурное общение с себе подобными и воспитательницами дало свои плоды, спустя несколько лет я был вполне готов переходить в класс классов (школу), бо научился считать до… читать буковки, ну и вообще лепить из пластилина ворон-кракозябр и утят-оленят.

В семь лет произошло удивительное: ровно 1-го сентября я одним махом, в течение буквально какого-то дня или даже минуты – стал относиться к школьникам. Слово, понятие, термин «класс» в те годы имело другое значение. Настаиваю на том, что я и к семи годам не знал про отношения к собственности, хотя, допустим, «мой ранец» или «моя ручка» я уже понимал, как, впрочем, и «моя учительница», хотя в первых двух случаях аспекты собственности найти можно, а вот с «училкой» – уже не получалось. Зато я лихо так научился многосмыслию некоторых человеческих определений.

8 лет я пребывал в классе классов. Затем перешёл в классы техникумов, но они не отличались от школы, та же учёба, только предметы были уже чеканные и приближенные к земле. Мне до сих пор трудно определить, сменил ли я сменой школы на техникум свой класс? Это, имхо, неопределимо. Видимо, всё же нет, хотя моё экономическое положение стало отличаться тем, что в школе я учился безплатно, а в техникуме стал получать стипендию – и на этом моменте можно было бы заостриться, но… почему-то не заостряется никак. Ну стал получать. И что из этого?

Некоторые люди могут поправить меня: ведь в этом классе учащихся (назовём его для простоты так), да не просто, а уже в специализированных заведениях, учащиеся, молодые люди, впервые в жизни вступают в экономические отношения. На что я тоже резонно могу поправить их, сказав, что, ещё будучи в классах классов (школе), летними каникулами я подрабатывал немного и получил денежку за это. Т. е. я, пребывая в классе классов, некоторой своей ипостасью уже перешёл в класс следующий. На что мне могут заметить, ну, подумаешь! Дык и я о том же. Подумаешь, что где-то как-то чем-то вдруг! Дело же в другом.

А в чём, собственно? А, наверно, в том, что при определённом устройстве общества, окружающего подрастающего молодого человека, он достаточно ВЫНУЖДЕННО воспринимает «правила игры» этого общества и ведёт свою экономическую жизнь (начинает и продолжает) так, как позволяется этим обществом. Ну иногда и не только так (уходит в сторону от «правил», либо нарушает их), но так бывает реже. По-другому и не бывает, потому что общество накладывает на индивидуума эти «правила», хочет молодой человек этого или не хочет.

Процесс перехода из одного класса в другой у любого человека на жизненном пути поэтому сумбурен, характеризуется разнообразными факторами, в основном чисто общественного мотива и личной предрасположенности, во многих ситуациях – диковат, в некоторых – регулируется, а в некоторых – хаотичен. Практически ни у кого отношения к классу по всей жизни – неизменно.

После техникума я перешёл в состояние класса военного, призвали в армию. Так, разумеется, был коммунизм: от каждого по способностям, каждому по норме потребности. Сама норма была вполне сносная, жить-поживать позволяла. Отношения с собственностью в армии дают резкий абстрактный скачок: воины владеют всей Родиной. Сразу всей, поскольку несут прямую ответственность в плане защиты ея. Эту особенность обычно не выпячивают. Но вот я лично её очень даже ощущал. Я конкретно владел всей Родиной своей, она была моей собственностью – а всё почему, а всё потому, что я лично в те годы был ответственен за её защиту от посягательств кого бы то ни было.

Является ли это чувство экономически обоснованным, всё же «защищать» это не совсем «экономически» как-то, а с другой стороны – меня кормили-поили-одевали-ружжо в руки давали не за просто так. А за конкретику экономических отношений: одни работают, производят, другие – их защищают (третьи лечат, учат, придумывают, дурку гоняют). Всё же взаимосвязано.

После класса армии я, наконец, хотел было придти к состоянию человека экономически ответственного, но помешала тяга к учению и возможности существовавшие для этого. В общем, поступил в институт, где класс классов был всё тот же, что и в техникуме, стипендию тоже давали. Одновременно я подрабатывал там и тем, кем мог: дворником, грузчиком, мелким начальником, переводчиком (угу, учился на него и одновременно подрабатывал, если оказия случалась), даже учительствовал слегка. Я был два в одном, нечистый какой-то с точки зрения эконом-классики: одновременно поглощал ресурсы государства (ни хрена за обучение не платил, более того – мне ещё подплачивали), но и трудился чисто для себя (государство вычетов тогда не делало).

После класса классов снова пришёл черёд класса армии (по второму кругу, уже офицериком), со всеми вышеупомянутыми (или притянутыми за уши) пердимоноклями.

Ну а вот уже затем/потом – появился на сцене имени меня совершенно точный, обоснованный экономически человек: работающий за деньги, чтобы на эти деньги можно было получать ништяки, и для продолжения своей жизни и своего рода, и для всяких развлечений. Тут бы, конечно, включить снова классику, но… произошёл распад СССР, всё поменялось: старые общественные «правила» ушли в небытиё (хотя многие и оставались), а новые со скрипом начали вползать в повседневность.

Вопрос об отношении к собственности вылез наружу и начал покачивать своей попой. У меня появился выбор, которого раньше не было (раньше можно было лишь устроиться куда-нибудь на работу, везде было всё государственное), а теперь я мог стать сам себе головой, то бишь, предпринимателем-бизнесменом. Т. е. раньше вопрос с собственностью, если и стоял, то лишь в гротескной или чарующей форме, а здесь – появился выбор в сторону, причём в ту, которую никто не ходил из нас, из общества, окружающего меня.

Вопрос о собственности зазвенел в моей голове (да и не только в моей, надо сказать), но, честно скажу, звон звоном, но проблему трудиться, чтобы получать дензнаки (а далее уже вышеуказанное) никто не отменял. Единственное, что давал вопрос о собственности по-новому: никаких гарантий, один сплошной, ежедневный риск. И риск этот таков: платежи с тебя требуют, чтобы ни случилось, а предугадать доход ты не можешь. Дело в том, что этот доход непредсказуем. Ну, такая игра. Правила другие, только и всего.

По классике я стал на какое-то время «буржуем», т. е. принял на себя всю ответственность за то, что я смогу предложить окружающему обществу, которое, в лице своих представителей, отдельных людей, могло бы заинтересоваться предложенным и купить у меня мной «произведённое», а могло и не заинтересоваться. Как сразу оказалось, предложить я мог мало что толкового. Предложенное не то чтобы не пользовалось спросом, пользовалось кое-каким, но чрезвычайно мало для того, чтобы «оплатить все счета» и осталось ещё на жизнь. Ну, известная такая проблема.

Поэтому мне, пребывая в статусе «буржуя», пришлось продаваться за труд как бы на стороне (ну, чтобы денег хватало по минимуму хотя бы). Отношения к собственности смешались в моей голове. Но лишь теоретически, потому что практически всё было на своих местах: «правила игры» общества позволяли быть кем угодно и даже одновременно, в определённых рамках – проблем нет.

Потом я перестал быть классическим «буржуем», потому что надоело хуже горькой редьки, а вскоре и вообще перестал обращать на «классику» всяческое внимание: для сохранения возможности я приобрёл последний статус «буржуя» (бумажку об организации своего дела-бизнеса), но ею не заморачивался ни капли: используя её лишь тогда, когда это было мне нужно, в других случаях – отправляя её в небытие.

Так, собственно, и просуществовал в этих нескольких ипостасях по сю пору. Оглядываясь вокруг, на лично мне знакомых людей, могу со 100%-ной уверенностью сказать, что так же, как я, с экономической классической точки зрения – они все пребывали и пребывают точно в таких же отношениях с собственностью, в разной мере.

Иногда я думаю, что изменись с помощью волшебной палочки общество, установив новые «правила игры», люди просто перейдут к этим правилам, как обычно гибко и постепенно, только и всего. Я имею в виду вопрос собственности. Которая для многих людей – не священная корова – а просто сложившийся статус кво, о котором даже много не думаю, а его просто воспринимают. Как погоду.

Добавить комментарий