Лужники II

Первая серия здесь.

В этом моменте следует пояснить, как было устроено в Лужниках торговство для торговцев. Заведовала всем какая-то совершенно мутная контора, без офиса, лишь при входе стояло несколько зелёных вагончиков, в которых бытовали молодые ребятки в кожаных куртках: они разруливали все вопросы, которые иногда то там, то сям возникали. Милиции на рынке не было никакой, но порядок, благодаря, наверно, этим молодцам был нормальный. По крайней мере, никаких драк, жутких волнений я не помню. А вот чтобы выкупить себе место на одном из рядов требовалось найти какого-то ещё более мутного персонажа, который периодически появлялся. Я его видел как-то у Генки (видимо, он платил ему за места), лицо его едва запомнил – вот мне надо было его как-то поймать, договориться о месте и заплатить за него.

В течение двух дней я этого кренделя поймать не мог. Тот как сквозь землю провалился. А он, кстати, после оплаты давал что-то вроде карточки, на которой было написана буква и цифра (ряд и место, вся территория асфальтная была расчерчена, обозначена и пронумерована. В общем, пришёл я к Генке, говорю, так, мол, и так, не могу этого пассажира поймать, не знаешь, где его найти. Генка сказал, понятия не имею, сам так же его вылавливаю к концу месяца. Затем Генка куда-то сходил, пришёл, сказал мне, возьму ли я пол-места с одной дамой, больше ничего нет. Я говорю, это полметра что ли в ширину? Генка заржал, а чё, говорит? Зато с дамой будешь плечами тереться, а дама – интересная.

Ну, делать нечего, пришёл я туда, куда мне было показано, гляжу – точно, стоит дама в возрасте, когда уже поздновато, но ещё можно и хочется, торгует женскими лифчиками. Я познакомился с ней, она заценила меня, спросила, чем торговать будешь? Я говорю, женскими колготами по всей видимости (был у меня один канал поставки прямо из Кореи, знакомые), она согласилась, колготки и лифчики вместе хорошо должны для женщин казаться.

В общем, договорились мы с Татьяной. Женщина она была одинокая, жила в нашем же с Генкой районе, у неё была «шестёрка», которую она аккуратно водила, мы даже договорились, чтобы уж совсем как-то по работе шло всё не туго, что она меня будет забирать от дома, всё равно ей по пути, ну и бросать на обратной дороге. За это я иногда возил её по утрам, а она – досыпала прямо в машине. Ну а затем я и обратно стал её возить, всё-таки женщина, уставала шибко стоять целый день на холодрыге (уже прошёл сентябрь, пошли дожди, сырость, слякоть).

Своя машина у меня была тогда, но я довольно быстро её продал, потому что устал от ремонтов постоянных (разбил таксёрством тачку наглухо), да и денег на них особо не было. Продал, разумеется, по дешёвке, на запчасти почти, а деньги за полгода вперёд отдал за квартиру. Своей не было ни хрена.

Мой товар, тёплые женские колготы, доставлял в Москву один чистый южный кореец, женившийся на нашей девчонке Ритке, моей знакомой. Сама она вышла как-то их попродавать где-то, постояла, но ей это не понравилось, причём категорически, ну а тут я подвернулся. И мне это было выгодно, потому что колготки мне доставались безплатно, рассчитывался я с Риткой лишь после продажи партий. Ей самой деньги особо нужны не были, кореец её всем обезпечивал более или менее, но просто, чтобы хотя бы чем-то заняться (муж целый день на работе пропадал, бизнесменствовал).

Я никаких маркетинговых исследований в Лужниках не проводил, на предмет выяснения конкурентов там или ещё кого или чего, лишь спросил у Татьяны, ну как товарец? Она пощупала, сказала, самое оно на текущий сезон. Должно пойти. Но колготы шли хреново. И хотя я их мог взять в татьянину машину хоть с тонну, брал с собой их одну сумку. В день я начал продавать по 10-20 колгот, курам на смех. Иногда и меньше. И это «иногда» меня страшно угнетало, потому что в соседней палатке две женщины торговали американскими платьями, каждое по цене моих 100 колгот, так вот они разлетались у них, как горячие пирожки. Да и татьянины лифчики шли ходко. В общем, всё познаётся в сравнении. Почему так, я не знаю. Не было и нету меня нюха к этому делу.

Татьяна советовала мне перейти на другой товар, благо выбор был. Я ей сказал, что другой товар надо сразу выкупать, а приличных сумм у меня нет. Татьяна покачала головой, сказала, так займи, хочешь я дам под процент? Я говорю, нет, извини, но горбатится на ростовщичков я не привыкший, как-нибудь обойдусь. Татьяна обиделась, сказала, а знаешь, как мне деньги достаются, я что должна ими разбрасываться что ли, помогать всем подряд? Я говорю, да успокойся, мне от тебя ничего не надо. В общем, чуть не поругались.

Так, ни шатко, ни валко прошёл весь октябрь. Я поведал Ритке, что может чего-нибудь ещё её кореец из Кореи привезёт, что-то колготки не идут, странно, конечно, но может цену снизить? Ритка взвилась, ну не хочешь, не бери мои колготки, а цену снижать не буду. У меня было немного скоплено с джинсов генкиных ещё, но они постепенно уходили, семью ж кормить надо. Жена как-то нашла себе через знакомых какую-то контору по сдаче-аренде квартир, пыталась там комиссионные заработать, сидела целые дни на телефоне, обзванивала кого-то (дочку мы в садик отдавали). Но и у неё не шло, нужен опыт, да и вообще везение.

В конце октября заглянул к нам на огонёк под тент этот крендель, сборщик оплаты за место, я его, наконец, хотя бы разглядел, как следует. Они с Татьяной пошушукались, тот кивнул. Я так понял, что одобрил, что у него на одном метре стоят два человека, а не один – ему без разницы. Я отдал Татьяне 100 баксов, половину за метр, и подумал о том, что такими темпами я скоро вылечу в полную трубу, даже машины не осталось. Чем ещё зарабатывать – я не имел понятия.

Начался ноябрь и спустя уже неделю стало ясно, что колготки окончательно встали. Никто их не хотел брать. До сих пор не знаю, почему. Видимо, другие ушлые корейцы подвезли в Москву пару составов с этими колготами, и меня по цене задавили, хотя я такого же товара в Лужниках так и не видел (пару раз специально пошлялся по рядам, чтобы найти их). Я опускался в безденежье совершенно конкретными темпами. Ну и к середине ноября опустился окончательно, денег попросту не стало.

Я сказал Татьяне, что ухожу, не получился из меня торгован, не понимаю я, что идёт, что не идёт, да и вообще мне всё это осточертело. Татьяна понимающе кивнула. Но перед тем, как я окончательно ушёл, со мной приключилось то, что случается иногда с мужиками, даже женатыми. Одна из двух соседских девчонок, которые торговали американскими платьями… в общем, влюбился я в неё. А она была уже мать двоих детей, в общем, давно и надёжно поставила крест на чём-то подобном, Лужники и семья отнимали всё её время. А тут я, такой же женатик, тоже с ребёнком. В общем, обычная житейская история.

И вот я, без копейки денег в кармане, закрутил с ней любовь. Да так, что вскоре стоял дым коромыслом совершенно конкретно. Поскольку у неё, в отличие от меня, с денежкой всё было нормально, то первые несколько недель я мог только приходить к ней на работу и просто помогать (делать мне особо было нечего дома), ну и она немного меня подкармливала, между делом. Затем я встряхнулся, поискал объявления в жёлтой прессе, нашёл пару агентств по снятию недвижимости и начал вместе с женой уже заниматься этим делом. Не знаю, свезло что ли, или у меня просто голос и внешность приятные, в общем, я очень быстро сдал с десяток квартир, одну за одной, заработал около двух штук баксов, в общем, снова всё вошло в норму. Жена даже бросила все эти звонки, у неё реально ничего не получалось.

Из квартиры я исчезал каждый день, якобы на встречи, приезжал поздно вечером, а сам снова в Лужники, к своей любимой. Сидел там у неё под тентиком, когда народа не было, мы тискали друг дружку на тюках с этими платьями, рядом за «стенкой» стояла моя знакомая Татьяна, напротив ещё наши знакомые, когда работа заканчивалась, я помогал моей любимой и её подружке упаковаться, тащил всё это на своём горбу до такси, отвозил её домой, сам ехал к себе. Один раз сходил к Генке, поведал ему свою несчастную бизнес-историю, он похлопал меня по плечу, сказал, что так бывает, один товар идёт и тебе хорошо, другой не идёт, и тебе плохо, но зато повезёт в любви.

Я глянул на него, гляжу товарищ мой лыбу давит такую, что ею можно все Лужники закрыть. Он говорит, да всем всё известно тут в нашей большой деревне, думаешь, я ничего не знаю? Я говорю, ну… В общем, расстались мы с ним в лучших чувствах.

От первой жены я вскоре ушёл, снял квартиру другую. Развёлся с ней через год. К дочке приезжал раз в неделю, привозил деньги бывшей жене, дочке подарки разные, игрушки и книги. Моя же любимая развелась со своим лишь через долгие пять лет, в 2000-м. Мы сразу же поженились, и до сих пор вместе.

Предложение я ей сделал под Новый, 1995-й год, под стенами древнего нашего московского Кремля, гуляли там – через полтора месяца после того, как, собственно, сердца объединились. Она до сих пор иногда вспоминает: «Я, мать двоих детей, настолько глубоко замужем, что закрыла про себя все варианты будущего напрочь, слушаю от тебя в новогоднюю ночь – Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ, БУДЬ МОЕЙ ЖЕНОЙ – и думаю про себя, нет, так на свете не бывает, так бывает только в мексиканских сериалах!»

Но вот оказалось, бывает. Так что мы с женой не ругаем Лужники, для нас это место – то, где мы встретились, где всё начиналось.

2 комментариев к “Лужники II

Добавить комментарий