Неопределённость

Данная статья исследует по целому ряду аспектов наступающую в мiре неопределённость. Сама по себе «неопределённость» – есть общее состояние разумов человеческих ныне, т. е. она не из категории точных математических либо каких других «научных» величин, а просто ощущаемое состояние. Это важно понимать при дальнейшем прочтении.

Аспект первый. Вброшена идея о том, что мiр стоит на грани перемен, которые затронут каждого человека. Вопрос же о «затронут» распадается на несколько значимых направлений. Наступление нищеты или сокращения ништяков для людей, наступление цифрового концлагеря, наступление передела всей планеты из государственных образований в некое надмiрное управление через уничтожение значительной части роли государств.

Т. е., огрубляя, нас не ждёт ничего хорошего в будущем: обыкновенная апокалиптическая идея о нескольких сценариях, ну, раздутая коронавирусом до состояния, приближённого к панике. Панике поддаются не все, а меньшинство, большинство находится в состоянии подсмеивания над всей этой суетой или обыкновенного безразличия с уклоном всё же в позитив (мол, в будущем всё вернётся на докризисные круги своя).

Аспект второй, чисто денежный. Муссируется и достаточно обильно идея о том, что деньги подходят к своему концу, потому что главный генератор главных денег планеты заигрался с ними до состояния близкого к коллапсу. К примеру, непонятен для большинства людей вопрос о так называемых «вертолётных» деньгах, раздаваемых просто так: для поддержания спроса, хотя бы не снижения падения обменов ништяками.

Вопрос этот не практический, вряд ли кто откажется от подобного лично – дают денежку, ну, бери и всё, а философский – людей почему-то волнует эта проблема: как так, не работая – получать денежный эквивалент, который пока ещё можно обменять на ништяки? Возникает когнитивный диссонанс, ведь вся предыдущая письменная история человечества настаивала на том, что «не поработаешь, не полопаешь». Разлад в душе, в общем. Диссонанс. Даже какафония какая-то.

Аспект третий, управленческий. Совершенно не ясно, есть ли в мiре злокозненные злодеи (вопросы конспирологии), и, если есть, то кто они конкретно по фамилиям, или есть просто силы, которые борются между собой за влияние и за возможности управлять тем, что пока ещё управляется. «Назначение» на роль злодеев транснациональных компаний, монстров бизнеса – в самом общем виде – означает одно: что их будут «мочить». «Назначение» на роль упёртых консерваторов некоторых управленцев государствами – тоже в самом общем виде – означает одно: что их будут «мочить» тоже. И в том, и в другом случае «трещать чубы» будут у «холопов», а вовсе не у злодеев или «злодеев». И это напрягает.

Аспект четвёртый, мiровоззренческий. В связи с тем, что масса людей сейчас не занимается осмысленным трудом по производству ништяков, потребных для людей в силу их естественных предрасположений, а занимается чёрт те чем, и их, чёрт те кого, становится всё больше и больше, непонятно, до каких пор рост «бездельников» будет продолжаться?

И, если будет, а то, что так и будет, уже ясно многим людям, то что будет потом, когда «бездельников» станет больше тех, кто производит нормальную работу? Предложения о том, что с «бездельниками» делать, сыпятся со всех сторон: от их простого умерщвления тем или иным способом до принуждения их хоть к какому-то труду. И тут снова вступает в дело когнитивный диссонанс: а они и сейчас выполняют «какой-то» труд, да, безсмысленный, да, напоминающий онанизм, поэтому, если заострить себя на эту проблему: убивать их что ли просто? Но это не по-человечески.

Аспект пятый, банальный. При всей той вышеуказанной многоаспектной неопределённости, некоторые вопросы бытия вовсе не пошатнулись. К примеру, философский столп приведения людей к щастью по-прежнему однозначно положителен. Его никто не трогает. Вопрос о предназначении людей на свете – тоже в общем и целом не изменился. Не произошло крена ни в какую сторону, если сравнить с тем, что было 100-200 лет назад. Всё тот же разнобой мнений.

Другими словами, есть ощущение, что что-то такое непонятное грядеши, а что конкретно – одни догадки, предположения и теории (все они сведены в перечисленные выше аспекты).

С моей точки зрения, любой эволюционный путь лучше революционного. Да, революционный путь, в зависимости от «обёртки», может быть соблазнительней, страшней, рисковей, чем эволюционный. И да, на него может запасть достаточно большое количество народа, чтобы камень стронулся. Поэтому я иногда спрашиваю себя, а вот в нынешней ситуации, «камень» шевелится уже или нет? Да и есть ли «камень» вообще? И нахожу, что нет никакого шевеления, как, собственно, и камня, как такового.

А почему тогда есть ощущение неопределённости? Где лежат истоки возбухания непонятицы, так будоражащей людей? Какова их подоплёка? Ну и ответ у меня простой: да просто подошёл очередной конец очередного цикла развития, поэтому какие-то перемены, ещё не созревшие, ещё не случившиеся, ПРЕДОЩУЩАЮТСЯ. Вот так просто? Да, вот так просто. Они предощущаются в виде сгустка непонятного будущего. Так всегда происходит с концом одного цикла и наступлением другого.

Отсюда и все эти теории и теорийки, объясняющие, что будет и почему так вышло. Разум бунтует же от непонятного. Разум всегда пытается найти либо рациональное, либо очень близкое к рацио объяснение. Вот и всё.

Какой же цикл закончился, каковые его основные характеристики? В чём была его суть? Я бы назвал этот цикл так: рывок по вере в то, что всё в силах человека – поменять не только материальный мiр вокруг, подстроить его под себя, но и саму душу человека (воспитать «нового» человека: коммунистического будущего, потребителя, цифрового раба, ещё кого). Сейчас уже ясно, что все попытки провалились, а куда идти, раз так получилось, пока неведомо.

В этом и есть суть завершающегося цикла. Поэтому понятно, что эра неопределённости в первую очередь лежит в душе человека, в его неспособности разумно принять «поражение» на этой стезе.

Какой же выход? А нет его никакого: цикл завершается, люди обречены на его переосмысление и начало нового цикла. А вот о нём можно поговорить немного.

Во-первых, вероятнее всего люди в массе своей откажутся от определяющей ранее их жизни так называемого «материального» фактора. Т. е. созданного усилиями поколений «материалистов» постоянного увеличения удобств. Смысл же прост: ну достигли той величины удобств, развитие которых означает лишь усложнённость их использования – а оно надо? Базовые задачи почти полностью решены. Накормить, напоить, поработать, спать лечь, проснуться, чтобы снова-корова до безконечности.

Подкрадывающаяся, для кого заметно, а для кого и нет, автоматизация с роботизацией вообще-то призвана ЗАМЕНИТЬ человеческий труд именно в плане производства ништяков. Которые, в свою очередь, уже чётко и однозначно определены. Осталось лишь добить т. с. проблему: перевести большинство людей в состояние, в котором им не нужно более озадачиваться этими проблемами. Они будут естественным образом решены. Ништяков будет много, и они будут для всех. Когда так будет, то человеку останется лишь не думать об этом более. А над чем тогда ему думать?

Вот это проблема побольше будет, посерьёзней. Высвобождение человека от труда, которое грядёт, вызывает потребность в постановке задачи, а что взамен? Вот что? Бездеятельное валяние себя в окружении ништяков, которые производят роботы? Но разве ж это жизнь? А где драйв, где хотелки, если большинство материальных желаний исполнены?

Можно сказать, что эта проблема требует уже однозначно другого подхода, в котором нет места унылому материализму: покорению т. с. жизненного пространства, как будто бы и созданного для того, чтобы его «покорять»? Или всё же человечество ошибалось в рассмотрении проблемы окружающего мiра? А в чём состояла эта ошибка?

Мы всё ближе и ближе находимся к постановке этого вопроса, цикл же завершается, как ни крути… И пора начать его накачивать энергией наших сердец. Трепетом наших душ. Биением жизненной силы, расходуемой пока на всякую ерунду.

Добавить комментарий