Плач по профессиям

В связи с коренными изменениями в общей атмосфере мiра, которые все ощущают, происходит переоценка и отношения к некоторым профессиям, которыми люди занимаются. Переоценка эта ПОКА мягкая, и по психике бьёт примерно таким образом, что былые устои и мнения теперь серьёзно поменялись, либо находятся в активной смене. В частности, уходит «святость» и «незыблемость» понимания ПОЛЕЗНОСТИ некоторых профессий. Но это лишь первый шаг. Второй – гораздо страшнее в перспективе.

Возьмём самые распространённые профессии, отношение к которым меняется и попробуем проанализировать, что и как.

Первая «профессия», которую профессией и раньше было назвать трудно, но всё же: политик или политическая деятельность. С ней происходит то, что подавляющее большинство людей перестали считать политиков и полическую деятельность вообще за какую бы то ни было осмысленную деятельность, нацеленную на всё же какие-то благородные цели, ведующуюся всё же иногда более или менее толково. Нет, в оценке «профессии» профессионального политика произошёл резкий даже не крен, а полная переоценка. Всем понятно, что там, в политике обитают ныне ни кто иной, как «жуки» или вернее «жучары», чья деятельность очень проста: извлечение прибыли из… разнообразных действий, связанных с политической деятельностью.

Безсребренникам в политике и раньше было нечего делать, а сегодня – это уже свершившийся «факт», там остались лишь прожжёные циники. И это общее мнение, а не оценка маргиналов. Но, если это так, то что собой тогда представляет политика ныне? Правильный ответ: сфера действия по извлечению доходов, более ничего. Осознавать это на бытовом уровне достаточно трудно не только совкам, но и средним классам вне совковой зоны, что любопытно. И об этом уже спокойно говорят везде, как о свершившемся.

Вторая профессия – учитель. Ну было оно «святым» пару сотен лет для огромного количества людей, которые вверяли свои чада этим самым учителям, ну и доверяли им. А сейчас? А сейчас – нет, не доверяют. И недоверие растёт. Но не потому, что в учителях сплошь люди плохие и учить не могут, а по какой-то другой причине. Которая, если её осмысливать более расширительно, сводится к тому, а ЧЕМУ, собственно, учить-то подрастающее поколение? И тот учитель, который этого НЕ ЗНАЕТ, а таких ныне уже бОльшая половина (они напрямую об этом не говорят, но думают об этом точно!), чему он может научить-то? А только старому, отработанному, несовременному, и… НЕ НУЖНОМУ. А легко ли человеку осознавать, что он занимается ненужным делом? Нет, конечно. Человеку хотелось бы своей нужности, и в плане его профессии – тоже.

Третья профессия – врач, или вообще, более расширительно, сфера приложения сил тех людей, которые работают над излечением людей, сохранением их здоровья, над тем, чтобы предоставить людям ЗАЩИТУ от… всяких болезней и других напастей. Как к ним стали относиться в эпоху наступившего и перезревшего ковида? К рядовым врачам, ещё по инерции – более или менее. А вот к разработчикам лекарств, к чиновникам от медицины (на любом уровне, включая мiровой) – очень ПЛОХО, с презрением точно, с глубоким непониманием их действий не очень точно, но лишь потому, что не все люди являются специалистами в этих узких областях, ну и с самым главным чувством: а что эти вообще делают, чем и как руководят?

Четвёртая профессия – в неё оптом можно включить все так называемые «отростки» на здоровом производительном теле экономики, все «излишки» т. с. Их откровенно презирают. Они откровенно НЕ нужны, и это на обычном житейском уровне столь очевидно, что пока по отношению к ним идёт лишь инерция и привычка: их ЕЩЁ ТЕРПЯТ. Но край, когда эта инерция закончится – очень близок. Я говорю о «стригалях домашних собачек» и «манагерах», хотя этих «профессий» на самом деле пруд пруди (расцвели же эти «отростки» в последнее время так сильно, что даже не рубятся все ветви).

Пятая професссия – учёные всех сортов мастей. К ним отношение пока тоже ещё не очень плохое, и тоже это скорее ещё по инерции. И понятно, почему, кстати. По сравнению с веком назад, когда «наука» цвела и пахла, и открывала такие горизонты, что дух захватывало у ПОДАВЛЯЮЩЕГО количества людей, сейчас наука идёт РОВНО: или ни шатко, ни валко, а как-то вот так, без особых успехов и без особых при этом и падений. Все люди как будто ЖДУТ от наук каких-то прорывов, но ожидалка при этом… заканчивается. Начинает приходить понимание, что, если долго ждать, а ничего особенного не происходит, то и отношение к ним, к учёным, меняется. От охорошего к худшему.

Шестая профессия, её можно объединить общим именем «гуманитарии» – волшебным образом потеряла в последнее время до половины своей былой «мощи». Судите сами, писателем можно стать? Да, запросто. Верховым заблудших душ можно? Тоже запросто. Кому угодно причём. Человеку искусства не нужно больше обучение чему бы то ни было, человеком искусства можно стать, просто прибив причиндалы к каменюгам Красной площади. Ну это ладно, всё-таки не совсем чистые «гуманитарии». Но взять ЛЮБУЮ когда-то уважаемую и достойную профессию, к примеру, философию. Или литературоведение, лингвистику. Т. е. то, что требует определённой мыслительной деятельности. Теперь МЫСЛИТЬ можно всем, достаточно свободно мыслить, вплоть до, как говорится, того края, где исчезает само понятие «мысль». И общая оценка гуманитарщины снизилась до уровня, после которого само понятие гуманитария начинает сливаться с собственно человеком.

Самая плохая переоценка происходит в двум условным «профессиям»: всем, кто связан с УПРАВЛЕНИЕМ в целом и особенно в плане финансов. Их в общественном сознании уже «опустили» ниже плинтуса, при сохраняющейся ещё какой-то инерции, которая не у всех ещё выветрилась напрочь.

Но есть и очень интересный момент. Некоторые профессии, ранее условно «презираемые», теперь не только НЕ презираются, а находятся на ПОДЪЁМЕ в оценке окружающих. К примеру, труд на земле, который, как оказалось, может быть вполне себе уважемым и ДАЖЕ привлекательным. Да, это связано с общими опасениями насчёт продовольственной (будущей) безопасности ныне живущих, но всё же само по себе это очень приятно. Или вот труд строителей и вообще производственников. Т. е. тех, кто делает реальные материальные такие штукенции, к которым мы все привыкли. Они становятся в оценке людей ГЛАВНЫМИ, ибо то, что и раньше было понятно теоретически, ныне становится понятным очень даже практически: любому.

И всё это, с точки зрения приближающегося кризиса по всем фронтам, приносит некоторое душевное удовлетворение (по крайней мере мне). Ведь оценка того или иного в жизни должна быть сбалансирована. А в последнее время баланс был серьёзнейшим образом в этом плане нарушен. Ну и я просто рад тому, что маятник качнулся пока в обратную сторону, в условно «правильную», незыблемую. К примеру, то, что вечно вечное начинает пониматься именно как вечно вечное, а не отжившее, как то, что можно и выбросить на помойку за неиспользованием. Или что есть пределы совершенству, а иногда надо и остановиться и передохнуть от избытка устремлений неизвестно куда.

И есть надежда, что все вышеперечисленные профессии СНОВА заявят о себе, как о нужных, как об уважаемых, о самых-самых достойных, но уже немного в другом ключе, наверно. Каком? Я пока ещё не знаю. Но как-то будет.

Добавить комментарий