Постмодерн в экономике

Я полагаю, что изменения в экономике следуют за изменениями в головах людей. Эти изменения имеют очень долговременную тенденцию, характеризуются тем, что после определённого цикла «проработки» какой-либо из новых (в своё время) экономических идей, выработки её негатива по полной, люди естественным образом, учитывая сие, прорабатывают новые идеи, которые имеют возможность затем быть «обкатанными».

Любопытно проследить возникновение новых идей, которые обычно возникают и «расцветают» именно тогда, когда негатив от введения в практику идей старых становится слишком уж очевиден. Каждая новая идея сначала затрагивает ростки идей старых, затем медленно опускается по древу к корням, чтобы заценить саму жизнеспособность этой «конструкции». Но проблема в том, что экономика – уже есть некоего рода «дерево», которое подрубать, чтобы на его месте посадить новое, крайне накладно. Поэтому все идеи всегда плавно завершают своё ментальное хождение туда-сюда (от ростков до корней), и причина этому указана в предыдущем предложении.

Философская подоплёка всему вышесказанному такова: инерция мышления людей не позволяет им проводить опыты быстрее, чем инерционность ЗАКОНЧИТСЯ.

Постмодерн, в силу того, что он сам собой проявляет себя во всё бОльшей свободе мышления (свободен от предрассудков, а также от инерционности!!!), способен предложить безинерционные и безпредрассудочные идеи, которые «обкатываются» и даже «проверяются» лишь ментально, без введения их в практику. Это можно сравнить с первичной работой конструкторов, делающих предварительные чертежи какого-нибудь придуманного механизма. У конструкторов есть веское предубеждение, что какова бы ни была идея, пусть даже проработанная теоретически очень сильно, всё равно решающее слово за практикой (сделанный механизм должен сначала поработать вживую, а вот уже и можно делать выводы). У Постмодерна же такого предубеждения нет.

Постмодерн оперирует такими категориями, которые как бы «отрицают» живую практику, не «опираются» на неё. Это – очередной парадокс, который сложно понять, но можно слегка пояснить. Традиционное мышление полагает, что путь любой идеи незамысловат и прост: вот она возникает, вот она осмысляется, вот она «прикладывается» к практике жизни людей сначала теоретически, а затем, если по теории должно вроде как получится, осуществляются и попытки воплотить её в реальности (проверить практикой, отсюда и глуповатое: практика – критерий истины). Так делается «прогресс».

В Постмодерне путь «от» и «до» короче. Всё подвергается непрерывному осмыслению, это можно назвать «ментальной атакой» со всех мыслимых и даже немыслимых сторон. К примеру, мгновенно утверждается (выясняется ментально), что экономические идеи нельзя проверить практикой, потому что сама по себе практика – это всего лишь попытки внедрения в совокупность ментальных состояний людей, «делающих», собственно, экономику, разного рода мелочей, почти не влияющих на эту совокупность.

Ещё раз: идеи про экономику – это маленькие ментальные отростки из гораздо более МОЩНОЙ общей ментальной совокупности людей. В силу этого утверждения, как нельзя спорного с точек зрения традиционного мышления, экономика, как «наука», поэтому и бьётся столетиями в тенетах противоречий и парадоксальности невыполнения заявленных идеями целей, потому что пытается что-то изменить, не имея достаточных сил/импульсов для этого.

Экономике, как сборнику теоретических исследований на разные темы, не помогает ничего, ей так и не удаётся нащупать мало-мальски разумное объяснение текущего происходящего. Все теории раз за разом рушатся, не помогает ни одна классификация, ни одна стратификация, ни одна –ция. А раз так, то крайне «логично» ментально отбросить весь предыдущий инструментарий «экономики» в силу его полной импотенции.

Возникает естественный вопрос: а что взамен? А взамен должно вставляться строго философское обоснование вероятных вопросов. К примеру, что является основой деятельности людей вообще? В зависимости от ответа на этот вопрос может выясниться многое. В частности, по пунктам: а что такое человек (люди), а что такое деятельность, а что такое основа. Ну и выяснится (напоминаю, что ментальная «атака» это не хухры-мухры, а попытки познать глубины), что мы толком так и не знаем, ни что такое человек, ни что такое деятельность, ни что такое основа. Или так: в зависимости от ответа на вопрос, что такое человек, возникает миллион продолжений и в плане что он делает, чем занимается.

Вот эта ментальная совокупность представлений людей о самих себе и о том, что они делают, и составляет всю экономику, начиная от её частностей и заканчивая её глобальностью. И это вовсе не шуточки, а самый что ни на есть парадоксальный ряд бытия. Я понимаю, что сразу воспринять, что такое «ментальная совокупность» трудновато, но можно пойти таким образом: она есть слоёный пирог. Или даже пудинг. Расчленение её на части, чем занималось все предыдущие века традиционное мышление, показало свою тупиковость. Снимаемые слои и их пристальное рассмотрение искажало общую картину представления тем глубже, чем пристальнее пытались взглянуть в тот или иной слой.

А вот более общий взгляд невыносимо сразу выявляет и более общую причинность существующего раскардаша/бардака в экономике. И, более того, постулирует такую же невыносимую (пессимистически окрашенную) мысль, что по-иному и быть не может. Общая причинность не имеет ничего общего с любыми устремлениями людей в любой области. Общая причинность – это «требование» проведения любых возможных опытов по свободной воле людей. Чьё требование? А того, что есть более общее по отношению к планете Земля. Ну, к примеру, Бога. Или Абсолюта. Или того, что есть.

Исходя из этих размышлений, можно сделать два противоположных вывода, которые, в силу своей ограниченности на частном, безусловно будут бредовыми: первый вывод, что всё, что ни случается, к лучшему, второй, что всё, что ни случается – к худшему. Не бредовым будет вывод совершенно другой: смотря кому, смотря на каком отрезке времени и смотря что считать «лучшим» и что – «худшим». И выяснить все эти вопросы, будучи внутри процесса – не представляется возможным. Это можно выяснить, и то лишь опосредованно, только потом, по завершении процесса.

Исходя из вышесказанного, предполагаемый (один из некоего сонма условно постмодернистских) взгляд на экономику не несёт в себе ничего собственно экономического, сплошная философия. А ключевым становится вопрос ментальности: кому, что, как и на каком промежутке времени хочется и/или можется что. Или посложнее: где, при каких основаниях, зачем проявляется то или иное, которое как, собственно, можно объяснить. При этом следует принимать во внимание, что какие-то структуры реальности, имеющие отношение к сложившейся и медленно меняющейся экономике, всегда имеют место быть. Но не они главное, они – ФОН. В глубине которого, где-то на заднем плане, не видно сразу, и происходит то, что является более важным для рассмотрения.

Традиционное мышление может сразу отнести вышеперечисленные сентенции к непрактичным или вообще разяще: нереализуемым никак. Всё верно. Но Постмодернизм и не предлагает никаких изменений, он предлагает РАССМОТРЕНИЕ. Или наблюдение. Вопрос же практичности, в силу заявки на глубину рассмотрения этих вопросов, кажется весьма смешным и забавным, хотя и всегда волнующим.

Добавить комментарий