Способы артелизации экономики III

Предыдущие статьи: 1, 2.

От человеческого достоинства, как данности, и налаживания такого взаимодействия людей, при котором унижения будут системно подавляться (оба вопроса рассмотрены с философской точки зрения в предыдущих статьях), можно перейти к рассмотрению мерности и баланса в работе двух видов психик, потому что именно от их мiровоззренческих разниц между собой и зависят эти величины.

Мерность осваивается людьми примерно следующим образом: сначала, в виде эксперимента, осуществляется что-то вроде «нападения» на существующее и/или достигнутое, принимаемое людьми за статус кво. Осуществляют эти «нападения» те люди, которым, по неизвестным пока причинам, претят негласные установки того, как всё есть.

Затем, когда «нападение» прочувствовано окружающими людьми, оно ими оценивается. Вероятность того, что большинство оценит то или иное «нападение» одинаково, а следовательно гипотетически существует вероятность массового и одинакового же ответа – стремится к нулю.

Дело в том, что «нападения» всегда неожиданны, а обыкновенная логика человека, базирующаяся на анализе старых опытов, не может обойтись без них, поэтому, если в «нападении» содержится совершенно неизвестный состав (в старых опытах ничего похожего и близко не наблюдается), то ответом всегда служит – безмолвие и молчание, застылость и ожидание.

Это – философский феномен, который мало рассматривается и мало анализируется, хотя всем людям интуитивно понятен по их собственным жизненным опытам. В данном моменте любопытно поразмышлять о том, как реагируют на «нападения» жiды и нежiды. Основываться можно на том, что у этих психотипов есть разница в восприятии мiра, а следовательно, может и, наверно, должна, быть и разница в восприятии таких вот «нападений».

Мои личные наблюдения показывают, что жiды воспринимают «нападения», как достаточно смелые попытки перетряхнуть налаженные иерархии, но, в зависимости от того, на каком уровне, высоком или низком, они себя находят или существуют, их оценка бывает двоякой: находящиеся на высоких уровнях – оценивают, кто именно совершил «нападение», как личность или группа, а находящиеся на низких уровнях – ВДОХНОВЛЯЮТСЯ самим актом. Нежiды же воспринимают «нападения» достаточно ровно: как угрозу непонятного происхождения.

Поскольку нежiдов количественно очень много, то средним общественным ответом и служит то, что я обозначил выше, как безмолвие и ожидание, в молчании.

Далее происходит примерно следующее: реакция. Жiды низших уровней стараются поломать сложившиеся иерархии любым способом, чтобы проникнуть на более высокие слои, жiды высоких уровней вычисляют личности нападавших или группы и стараются их «погасить», среди нежiдов происходит очень медленное и постепенное расслоение на тех, кому «нападения» по разным причинам интересны, и на тех, для кого угроза принимает всё более и более вещественные формы. На всё про всё уходят годы, во время которых появляются новые и новые «нападения», и все они наслаиваются друг на друга в причудливых и замысловатых формах. Кристаллизация изменений, вызванных «нападением», происходит обычно спустя 20-50 лет после первой манифестации.

И, если в общем и целом понятно, что происходит среди общества в целом, то вопрос относительно личностей, произведших «нападения», остаётся открытым. Что именно заставляет (если заставляет) их «нападать»? Можно ли заранее вычленить потенциальных «нападающих»? Каковы философские причины возникающих «нападений»? Мой ответ пока парадоксален: виною тому свободная воля, которая «гуляет» где хочет и когда хочет. Она может внезапно «проснуться» в индивидууме и выдать на горА нечто своеобразное. Возникновение подобного невозможно предугадать.

Что касается артелизации Руси применительно к рассмотренной выше теории, то можно сказать следующее: я и такие, как я, выступают в «нападении» на существующую статусную кву по причине того, что мне эта ква не нравится, глубоко противна внутренне. Надеюсь, что другим людям, которым, так же, как и мне, артелизация почему-то греет душу, эта ква противна не в меньшей мере, хотя я допускаю, что у других людей могут быть и другие резоны. Не знаю.

С точки зрения концентрации управления пирамид (углубления вертикализации т. с.), мои попытки «напасть» на сложившиеся иерархии с этого боку могут выглядеть глуповато, потому что система свободно допускает людей в артелизацию, хочешь, бери и делай, поэтому и рассматриваться как «нападение» не может. Всё это так, если бы не одно существенное «но», дело в том, что по моей теории, любое «нападение» подобного рода ЗРЕЕТ во времени, принимает более толковые формы, даже логичные, а посему имеет высокие шансы проявить себя самым актуальным образом. В каком-то будущем.

Эта мысль тоже может быть смешна, потому что она предполагает, что делать что-то и как-то надо именно сейчас, а не мыслию проецировать движение совершенно других людей, многие из которых ещё даже не народились. Ну что ж, может быть, может быть. Единственное возражение: смех над попытками безплоден, тогда как сами попытки – всегда действенны, просто потому, что они есть фактуализированные «нападения», а как они работают – я предположил выше, надеюсь, что именно так.

Достижение баланса в таких условиях, когда «нападения» раскачивают сложившуюся ситуацию, переводя её в состояние выработки новой мерности, в принципе, никакая не новость, это широко известно. Новым может быть лишь раскадровка по психотипам, а особенно важным – выделение групп ВДОХНОВЛЁННЫХ. С моей точки зрения, это всегда жiды. В случае же вопроса по артелизации следует заметить следующее: жiдовское мiровоззрение противоречит самому устройству артели, но для вдохновлённых это вовсе не довод, потому что они никогда не могут привести логично обоснованные причины своего вдохновения.

На эту мысль меня натолкнула история развития артелей на Руси, до революции и особенно – после, во времена Сталина. До революции сложившуюся пирамиду власти, туповатую, сословную, но естественно развивающуюся, подгрызали изнутри многие группы. Самая незаметная среди них – артельная составляющая, которая базировалась на староверии. Она грызла как раз самый философски важный фундамент пирамидальности управления – не подчинялась ей структурно.

После революции, когда артельности были даны возможности для более или менее свободного развития, и тоже в обход пирамиды власти, эта самая артельность спокойно РОСЛА. Рост её был примерно таков: сначала артельность густо обсели жiды всех мастей, потому что нежiды вовсе не стремились в эти структуры, опасаясь по привычке. Затем, когда опасения нежiдов улетучились, и они поизгоняли оставшихся жiдов, сферы заработали, как надо.

А вдохновлённые перешли всем скопом на новые идеи.

Так будет и в будущем, имхо: новая артелизация Руси начнётся вдохновлёнными жiдами, которые всё и начнут. Затем они остынут, оставив после себя уже унавоженное их стараниями поле, которое и подхватят те, для кого артели – комфортное бытие. Конечно, я бы хотел, чтобы с самого начала артелизации в ней принимали участие лишь те люди, которые более склонны к коллективизму и общей работе, к стремлению получить общий на всех результат. Но, видимо, так невозможно, увы.

Добавить комментарий