Высший слой философии

Есть пословица про кота, которому, когда делать нечего, то он… Так и философия. Когда многие проблемы жизни решены, а другие проблемы – неважны, то к человеку приходит философия во всей своей красе и косой своей ему ласково ноздри щекочет.

Знакомство с философией обычно начинается с того, что человек обнаруживает безпомощность своего разума в попытках ответить на какой-нибудь завалященький вопрос, типа, в чём смысл жизни. Нет, разумеется, разум пытается что-то изречь. Как правило, это всё те же избитые штампы, которыми переполнены тексты любого калибра. В этот момент, человек может обратиться к мудрости религий, к их священным книгам, и попробовать там отыскать ответ. Но, в силу своих склонностей, не всем по душе читать глубокомысленные и не всегда легко усваиваемые сентенции.

Поэтому начинается поиск. Тут-то и всплывают всякие философические книжки, благо их – вагон с мелкой тележкой впридачу. Правда, обнаруживается зачастую, что под категорию «философии» некоторые авторы впихивают всё те же разумные сентенции, умопостроения, логически друг с другом связанные и друг из друга вытекающие. Ну и не скоро доходит тогда, что это – вовсе не философия, а только приближение к ней, разминка т. с.

Сама философия начинается с безрассудства попыток отыскать то, «чего» нет, причём ещё и там, «где» этого нет. Ну и достаточно скоро человек приходит к выводу о том, что разбираться надо с самых азов, с самых что ни на есть базовых величин. И тут его ждёт засада! Дело в том, что никто этого толком не знает. К примеру, вопрос: ЧТО ЕСТЬ – очень и очень философичен. В котором бултыхаются миллионы людей (не всегда, конечно, но – периодически). Или другой: КТО ЕСТЬ? Или ещё короче: ЕСТЬ ЛИ?

Почему эти вопросы глубоко философичны? А потому что разум расширяет горизонты своих исследований (строит логические цепочки) и доходит до границ, за которыми… ничего не выходит. К примеру, разум дошёл до исследования межзвёздного пространства и одновременно до исследования самых мелких частиц материи. В обоих случаях есть граница за которой начинаются лишь теоретизирования, основанные лишь на догадках, но чёткость и собранность уже теряется.

Так философично, но насыщенно, человек приходит к пониманию того, что он вообще-то осознаёт что-то, но лишь то, что почему-то ограничено его способностями сознавать. С другой стороны, человек ощущает одновременно и совершенно противоположное: что нет в нём никаких ограничений что-либо осознавать. Есть лишь незнание того, как к этому приступать: начать осознавать всё. Ну и наступает первое ощущение парадокса, как феномена бытия. Потому что осознавать тщетность осознания и безконечность осознания одновременно – есть парадокс.

Философия отвечает на этот вопрос так: парадокс является неотъемлемой частью всего того, что вообще есть. Ибо, не будь парадоксов, бытие было бы скучно. Так просто? Да, так просто. Вот, как говорится, и пригождается философия.

Ну, парадокс, ладно, его частичность в общем всём не так уж и велика. А вот безконечность? Вот что это такое? Разум сразу отметаем, он это представить себе не может, потому что оперирует конечными инстанциями, а безконечность выдумал для того, чтобы показать, что ТАМ, вот там где-то, там – неведомое и непознаваемое нечто, которому всему он и присвоил термин «безконечность». А как тогда быть с безконечностью? А никак, отвечает философия. Дело в том, что сама философия есть часть всего, как и сознание есть часть всего, поэтому всё, а безконечность это всё очень и очень напоминает, объяснить частью всего нельзя.

Потому что безконечность – это всё, а всё – безконечность. Ну хороша философия, спору нет! Да и так проста, оказывается. И ничего сложного в ней нет, по всей видимости.

С этими вопросами разобрались немного. Но возникают следующие вопросы, к примеру: почему всё или безконечность так многообразно? На что ответ уже дан выше, потому что так нескучно, а интересно. Так просто? Да, очень и очень просто. Других причин нет и быть не может, потому что другие причины запросто умещаются в… развитие всего возможного разнообразия (это я уже логику включил, если кто не заметил). Т. е. опять в дело вступил уже нами опознанный парадокс и легко и непринуждённо сверкнул своей голой ягодицей.

Многообразие всего почему-то немного «зациклено» на дуальности, уж больно дуальность светит во многом, что окружает наше сознание и наш разум. Да, мы понимаем при этом, что не всегда дуальность – дуальность, она может рассыпаться на безконечность многообразия. Но всё же, но всё же. И на это есть ответ. А это первые шаги познания. Ну, упрощённая программа по освоению того будущего многообразия, вовсе не дуального, которое ещё только предстоит. Начинают ведь обучение с азов, вот поэтому и самый простой аз – это и есть дуальность. Раздвоение. Было одно, а стало два или две. Если сразу делить одно на многообразие, то процесс обучения будет разнообразно трудным до неприличия. А так, с дуальности вышагивая, можно и третичности быстро доскакать, а там, глядишь, и четвертичность узреть, ну и т. д.

И это не шуточки вовсе. Потому что, идя далее по пути философии, невозможно не придти к сравнению безконечности многообразия и его первого шага вперёд – дуальности и «подсказок» к ней в виде многочисленных дуальностей, прямо-таки запорашивающих разум своим количеством. Не замечали? Это всё для того, чтобы начать.

Математические игры в философии заканчиваются примерно на этой ноте у людей, не склонных к математике, и продолжаются у людей, которые к математике как раз более склонны. Далее у вторых возникает разнообразие математического ареала, и они вполне могут счастливо в нём существовать веки вечные. Но таких – меньшинство всё же. Для большинства эта игра заканчивается на дуальности. Потому что и других игр полно.

После осознания присущей бытию дуальности и нахождению, что не одними дуальностями богато бытие – можно совершить рывок вдаль, перемахнув видимое препятствие: протянуть короткий мостик между одним и безконечностью. Раз и навсегда. Эта дуальность навсегда отпечатается в памяти и уже больше никогда не будет тревожить, потому что в дело вступят совершенно другие компоненты.

Первым из таких компонентов является осознание того, что мысль совершенствуется усилием, которое, в свою очередь берётся из ниоткуда. В этом вопросе философия рассыпается на миллионы загадок, ответа на сей вопрос ни у кого точно нет, хотя попытки предпринимаются. Богатство примерно половины философических трудов объясняет как-то сей вопрос. Именно из этого вопроса порождаются такие мощные гиганты, как Абсолют. Или Бог. Ну или какая-нибудь невнятная СИЛА. Мол, что-то такое есть, вот это самое и порождает усилие, будучи его началом, потенцией, потенциалом или ещё чем-нибудь заумным.

Я философически мудро избегу ответа на этот вопрос, потому что, с моей точки зрения, он глубоко парадоксален. Всё дело в ранее «выясненном», а именно во «всём» и «безконечности». Это «всё» ведь можно назвать как угодно, хоть Бог, хоть Абсолют, хоть ещё что, кому как удобнее. Ну а раз так, то чего мысленно париться по поводу точности формулировки, осознавая это как «всё-безконечность» вполне достаточно для представления, что это может быть. Так просто? Ну да, так просто.

Обязательно на каком-то из этапов философствования придёт и другой вопрос: а может ли закончиться внезапно «всё», «безконечность» или Бог-Абсолют? Ну вот в качестве вероятности из продекларированной ранее многообразности? И снова мы столкнёмся всё с тем же парадоксом: ибо как может кончиться нечто априори безконечное? Ну как? Ответа нет, потому что любым ответом мы закрываем сами себя, а мы всё же ЕСТЬ (почему-то).

Остаётся напоследок из высшего слоя философии всего один вопрос: какого хрена всё-безконечность-сила-Бог-Абсолют извергает из себя себя же, да ещё и многообразное такое? А потому что не может не извергать, потому что процесс неизвержения – это ничто.

Кстати говоря, про ничто не я первый догадался, есть очень интересное направление в философии, которое уравнивает всё и ничто. Угу, снова в парадоксе.

Добавить комментарий