Заповедники маразмов

Государства ныне на Земле медленно, но верно превращаются в заповедники маразмов. Раньше этот тренд тоже присутствовал, но он серьёзно сдерживался гнетущей атмосферой традиций, которые: а) практически повсеместно соблюдались, б) за них карало (разными методами) само общество, а, когда было недостаточно, привлекались силовые структуры.

Любопытно при этом следующее: общества меняются всегда по пути увеличения количества свобод, доступных её членам. Чем меньше свобод, но больше ограничений, тем стабильнее общество. Как только количество свобод увеличивается (по разным причинам), общество трясёт. Иногда, когда за свободы ратует приличное количество народа (из общества), то происходят и политические подвижки.

Сей процесс в науке-искусстве «политология» и примкнувших к ней «психологий» всех сортов (не говоря уж о философии, матери всех размышлений) известен под приличным названием, раскадровки на три части: Традиция, Модерн и Постмодерн.

Если тупо спроецировать отличия этой раскадровки на свободы, то выяснится, что в Традиции свобод поменьше, в Модерне – побольше, а сколько оной в Постмодерне никто толком и не знает, но многие подозревают, что её там настолько дохренища, что никакой жизни может и не быть (ведь основное «правило» Постмодерна – а вот нет никаких правил, и точка!).

Разумеется, это недалёкое упрощение, и ситуация гораздо сложнее. Дело в том, что нет никаких точных переходов между этими тремя фазами (тем более, что все эти фазы отображаются через психику человека, через его отношение к событиям, происходящим вокруг него), поэтому все эти традиционные модерны с примкнувшим к ним постмодерном – есть суть индивидуально-понимаемые степени свободы, допустимые для человека в окружающем его мiре, или не допустимые, а просто декларируемые. И там, где один чел может, как ему кажется, обитать-пребывать в постмодерне, другой скажет, глядя на него, что-нибудь типа «придурок». Определить же, что есть что, невероятно сложно, если вообще возможно.

Поэтому, святая «троица» традиция-модерн-постмодерн – есть штука весьма оригинальная, показывающая, что отличия-то есть, только вот накопать самих отличий можно столько, что никаких энциклопедий не хватит, да и по откопанному всегда будут споры (что, собственно, и происходит).

Однако есть весьма легко отличимые фазовые переходы от одного состояния общества к другому, они есть и в экономике, и в мiровоззрении, да где только не, даже в моде. И вычленить и сопоставить их друг с другом нетрудно. Отличия будут бросаться в глаза, выпячивать себя (бить себя в грудь), но общее свойство сливания в одно и то же будет происходить лишь на самом мелком уровне.

Сейчас в мiре именно такой фазовый переход (от Модерна к Постмодерну, с наличествующими то там, то сям обществами в приверженности к Традиции). Причём, что любопытно, подвержены будут переходу все, без исключения. Угу, даже те, которые пребывают ушами и глазами, не говоря уж о пятках, в самой что ни на есть глухой традиционности, им вообще будет больно-пребольно скоро.

Если модерновые общества медленно, но верно, вползают в Постмодерн, и происходит эти ни шатко, ни валко, со скрипом, но всё же едет как-то, но там, где пока ещё бушует Традиция, всё будет иначе. Репетиции уже, впрочем, показали, как именно будет (арабская весна, к примеру). Будет ещё во сто крат хлеще, к сожалению, потому что Традиция и Постмодерн друг друга категорически не приемлют (всеми фибрами души, как говорится).

Чем же характеризуется наступление Постмодерна на модернистские пока общества? А вот тем самым разгулом маразма, который я указал в названии статьи. То, что выглядит, как маразм, пахнет, как маразм, ведёт себя маразматически, то и есть маразм. Но здесь следует сделать остановку и передохнуть: потому что происходящий маразм есть маразм с точки зрения Традиции и Модерна. А вот с точки зрения Постмодерна – это необходимые изменения, влекущие за собой постепенное привыкание обществ к новым реалиям. Быстро же только кошки родятся, а фазовый переход – он долог, мучителен и скорбен. Как обычно.

В школе мы изучали историю, там наступление Модерна на Традицию подано жутковато и невесело, мол, живали общества в более или менее привычных обстоятельствах, многие поколения мало дули себе в ус, потому что всё было очень и очень повторяющееся, и тут на тебе – как оно грянуло! Причём, для одних людей это «грянуло» в виде некоего модерна знаменовало собой переход от сельскохозяйственного производства (извлечения ренты из земли с помощью урожаев полезных растений), для других – со сменой общественных отношений (от феодальных к наёмно-рабочим). Суть неважно, как именно и что именно, важно другое: СЛОМ старого и возникновение нового.

Историки при этом загадочно и глубоко внутри себя не очень согласны с такой постановкой вопроса, потому что для них очевидно другое, весьма неожиданное – парадигмы Традиции, Модерна и Постмодерна и ранее лихо закручивались в циклы пружинного вида. Всё повторялось, а точка зрения на происходящее могла быть любопытно разной, иной, в зависимости от головы проектанта событий. Т. е. колесо традиции-модерна-постмодерна и ранее совершало полные обороты, приводя общества в структурные оболочки давно забытых свершений.

Сейчас примерно то же самое. Накопилось много проблем, много противоречий разного характера, всё это гудит, перемешанное, варится, бурлит, что-то там зарождается, как обычно, в недрах. Так и раньше бывало, только формы были другие. Поэтому важно это дело наблюдать, понимая, сколь скользка дорога витиевых определений происходящего, базирующихся на постулатах прошлого. Чем выше обобщения, в общем, тем больше неразличимости.

Подобный взгляд противоречит базовым устоям многих мiровоззренческих доктрин, в частности, исламу и примкнувшей к нему на этой почве КОБ (христианство в этом плане и смысле гораздо осторожнее, что заметно). Вопрос о различимости/неразличимости не так прост, как кажется с первого взгляда. Дело в том, что многие вещи и «вещи» нет никакой нужды различать вообще, потому что они… есть колёса сансары. Когда это «замечаешь», то сразу понимаешь, что берущиеся из ниоткуда попытки всё же их как-то да различить – не несут в себе дополнительной нагрузки на ум, а лишь забрасывают разум в тенета маразма. Это, собственно, и есть то, что ныне группируется в «заповедники маразма» (в название статьи).

Многие люди замечают, а заметив, склонны вспоминать мем про удивлённого котика («А шо, так можно?!»), и далее: кто хихикать, кто мудро замолкать, кто цинично ругаться. Все способы эти отвлекающие от самой сути – дело в том, что маразм, практикуемый ныне где только не, не есть маразм по своей природе, а есть проявление более глубокого слоя выпрастывающего себя из адовых мук Постмодерна. Пока, да, он выглядит жутковато. Но это лишь потому, что непонятна причина такого вот зловещего выпрастывания. Как только она становится ясна, то все наваждения пропадают.

В частности, фазовый переход (ну, то, что он состоится рано или поздно) от денег к неденьгам, а к чему-то невообразимому ныне – произойдёт. Как себя ведут люди, которые не понимают это, а лишь ЧУЮТ? А они впадают в различного рода «маразмы». Причём, не стесняются это показывать, потому что ясность мышления в такие моменты времени – куда-то исчезает (если не поставить ей твёрдый запор). А что происходит с теми людьми, которые ощущают, что ни демократия, ни тоталитаризм – не есть базовые первопричины бытия и жития, а есть лишь отображения происходящих в психике процессов поиска свободы? Они тоже впадают в маразм. Ну, можно назвать его отрицаниями былых верований во что-то там. При ощутибельном отрицании чего-либо общая консистенция маразма в голове обычно увеличивается.

Не ясно становится, в общем и целом, всё подряд: то, что ранее казалось незыблемым. Начиная от вопросов семьи, и заканчивая безсмысленностью образования в быстроизменяющемся мiре. Куда ни плюнь, в общем, везде видны ЗАЧАТКИ, а то и целые ПОРОСЛИ маразма, и их носители. Набивший оскомину «хохлизм головного мозга», как пример.

Некоторое многомудрые товарищи не делают из вышеописанного никакой трагедии, потому что – ясен перец, злобные силы нас злобно и многоумно всё же продолжают угнетать, мать иху ети, как говорится. И зачинание и развитие всевозможных маразмов эти товарищи объясняют злобной волей руководящих процессами сил и представляют собой упражнение в вычислении клубков змеиных, брызжущих ядом (и прочей гадостью). От маразмов, мол, они плавно переходят к руководству процессами, пока скрытыми от нас, грешных, миллиардами волшебных печатей. Угу. Гильотинкой бы Юма, блин, или на худой конец бритвочкой Оккама воспользоваться, чтобы отсечь лишнее и глянуть через увеличительное стекло на оставшееся.

Переход от Модерна к Постмодерну – это что-то вроде витка в развитии догнавшего на новом спиральном уровне всё такой же по базовым характеристикам виток. Такой же, но не совсем такой, а видоизменённый. Поэтому-то – ничего страшного не происходит, а ощущение увеличивающегося маразма, растекающегося повсеместно, на всех уровнях, это явление лишь кажущееся, и многократно в головах преувеличенное. Маразм достаточно скоро закончится, потому что фазовые переходы обычно гораздо короче по времени (хотя и насыщеннее по энергетике), чем обычное человеческое раздолбайство, сведённое в какие-никакие правила.

Но следующий этап будет очень интересен: я имею в виду, когда маразм РЕЗКО прекратится, а новые «правила» явят себя всем мозгам и психикам. Когда же это произойдёт? А достаточно скоро, осталось всего-ничего, отформатировать кое-что через ведущееся ныне ковид-приключение для всего рода людского. Самое смешное при этом, что есть территории на Земле, куда ковидка так и не пришла, да и не придёт уже, наверно. А зачем? Она там не нужна.

Добавить комментарий