Логика мысли/языка

Сидел, думал, откуда взялась логика. А ведь откуда, действительно? Кто её вложил в мозг (если вложил), зачем, ну и т. д.? И, опять же, рассуждая по логике, пришёл к некоторым выводам, которые мне показались интересными.

Во-первых, не было вначале никакого Слова. Дело в том, что слово может быть лишь частью, элементом чего-то большего, к примеру, языка. Иначе это просто пук, а пуков во Вселенной много. Всё разнообразные такие. А вот Слово, чтобы из пука превратиться в СЛОВО, должно быть объемлено чем-то структурирующим, придающим СЛОВУ порядок, вводящим его в элементность.

Во-вторых, раз слово может стать словом лишь пребывая в структуре языка, то сама эта структура должна быть составлена не только из слов и взаимосвязей между ними, но и чем-то бОльшим, к примеру, принципом или принципами. Которые не могут быть выражены словами, кстати. Они могут быть «выражены» лишь мыслью.

В-третьих, поскольку нам до сих пор неясно, откуда берутся все мысли на свете, то следует признать, что происхождение мыслей таинственно, но вовсе не познаваемо, потому что мысли обычно получается в результате действия наших эмоций (переживаний), которые вполне себе так ощутительны. Правда, эмоции поддаются пониманию лишь на строго индивидуальном уровне, и в этом есть проблема: понимание эмоций не может быть передано вовне. Вернее так, эмоция может быть передана вовне лишь эмоционально же, причём, «по пути» т. с. понимание эмоции может быть искажено до неузнаваемости. Во как!

Как же тогда влияет возникновение эмоции (скрытое под покровом внутренней работы Я») на мысль? А никак не влияет, потому что эмоция – это и есть МЫСЛЬ. Просто надо отрешиться при этом от мысли о том, что мысль выражается языком, ведь язык лишь пытается выразить мысль, уже прочувствованную, другим способом. Мысль прочувствываемая собственной эмоцией или переживанием никогда не может быть выражена языком полностью. Об этом и фраза: «Мысль изречённая – есть ложь!».

Ну и при чём здесь логика, спросите вы меня? А при том, что для эмоций-мыслей никакая логика не нужна. В ареале мыслей-эмоций эта «лопата» не нужна от слова «совсем». А когда она появляется-то? А вот тогда, когда мысль формирует СЛОВО. И это формирование и вносит первую нотку логичности в процесс. Формирование слова ограничивает явление (появление слова) строгими рамками, которые несут в себе правила. А что такое логика? А это и есть ограничения и правила. Вот таким образом и появляется логика. Не может не появиться.

Нам достаточно трудно представить, опять же исходя из логики, что мысль может сформировать сначала всего лишь одно, первое СЛОВО. Потому что оно не может быть словом без наличия других слов. Оно может быть лишь пуком. А вот два слова могут стать началом системы. Языковой системы. Потому что между ними возникают, не могут не возникнуть, логические взаимосвязи. И все слова могут быть созданы при этом лишь мыслью. Таким образом, возникновение языка, через осмысление вероятных придуманных слов, а также взаимосвязей между ними, вполне логично.

Итак: возникновение языка (и его отдельных единиц – слов) предопределено мыслью о нём. Можно назвать эту мысль ПЕРВОМЫСЛЬЮ (о языке). А можно и как-то по-другому. Эта мысль сначала (поначалу) могла быть сразу лишь системной. Она не могла бы быть другой, исходя из всё той же логики: одно слово не имеет никакого смысла как одно слово, потому что не являлось бы элементом целой разветвлённой системы. Мысль же, та, которая стоит «перед» возникновением языка, может стать очень разнообразной, в том числе и сразу системной. Мы, люди, это всё знаем и ощущаем ежесекундно, потому что мыслим. Да, мы называем это «беганием мысли по кругу», к примеру, или «мысль мыслю обгоняет» и т. д., но это всего лишь выборка (перебор) безчисленных вариантов осмысления в безконечности возможностей мысли.

Зачем мысль придумала язык? Ну, а почему бы и не придумать-то? Сами по себе мысли не являются структурными элементами, да и никогда не были. Они совершенно СВОБОДНЫ, не ущемлены НИЧЕМ. Мы реально можем мыслить как угодно и о чём угодно. Можем, кстати, использовать любой элемент окружающей действительности для выстраивания логичности или отрицания её (а то и то, и другое одновременно). Но мысль, к сожалению, не может быть передана от одного человека другому без какой-нибудь «подпорки». Вот мысль и ИЗОБРЕЛА её. То бишь язык.

В процессе изобретения языка мыслью первое, с чем столкнулась мысль, это крайняя необходимость ограничения использования вновь изобретаемых элементов-слов, иначе не возникало бы хотя бы минимального понимания. А без этого изобретение языка безсмысленно (язык создавался как средство коммуникации). Ограничение – это и есть первый элемент возникающей логики. Второй элемент – сочетаемость элементов. Да, со вторым элементом дело обстоит уже сложнее, потому что сочетаемость сразу же начинает «плясать» (жёстких рамок нет), но общий порядок вырабатывается частотностью и стандартизацией понимания высокой частотности. Так возникает третий элемент – стандарт. Вот и всё, собственно, если не считая мелочей, типа внутренних взаимосвязей между словами и их формами.

Изучающий любой иностранный язык теоретически способен достаточно быстро это сделать, в том числе и через неосознаваемое нечто, которое можно взять на вооружение: логику любого языка. Разум же всё равно сравнивает постоянно то, что человек и так знает (по своему родному языку) и то, что видит в языке чужом (или не видит, но учитель может помочь увидеть).

А всё почему? А потому что ЛЮБОЙ человечий язык – это система, которая создана для понимания, а то, что создано для понимания, должно иметь внутренние ограничения, внутреннюю сочетаемость, ну и частотность употребления. Те самые элементы логики языка, без которых язык – и не язык вовсе.

Добавить комментарий